Я не дала себе время всё проанализировать, поддаваясь острому желанию, что наполняло меня, широко улыбнувшись, резко потянулась к нему, рукой притягивая его голову к себе и впиваясь в губы.
Я почувствовала железный вкус его крови на своих губах. Кажется, перестаралась… Но не успела отпрянуть, как он с утробным рыком перехватил инициативу, крепко, практически до хруста прижимая меня к себе. Больше Пит не отступит, я победно улыбнулась, откидывая голову назад и чувствуя, как его губы огненным клеймом спускаются по шее, выжигая любые мысли о другом, сметая сомнения.
Слишком острые желания и восхитительные ощущения кружили мне голову, заставляя хвататься за плечи в поисках поддержки. Пит, отбросив пиджак, подхватил меня на руки, пока я плавилась от его поцелуев и с удовольствием теребила светлые волосы мужчины. Шляпа свалилась где-то в коридоре, оставшись лежать вместе с пиджаком и моими туфлями, пока Питер стремительно нёс меня в спальню.
Можно всю жизнь предаваться сомнениям и сожалениям, а можно наслаждаться и брать то, что есть.
Здоровая злость пошла Питу на пользу, он был требователен, ненасытен и в то же время щедр. Когда небо за окном окрасилось серо-розовыми предрассветными сумерками, в моей голове было абсолютно пусто. Я не хотела думать и отказывалась шевелиться. Положив голову на его вздымающуюся грудь, я удовлетворённо отметила бешенный стук его сердца и то, с какой нежностью он касался моих плеч.
Мои веки потяжелели, и я моментально заснула, а когда очнулась вновь, за окном уже ярко светило солнце, и мужчины в моей постели не наблюдалось.
Вот только, не дав себе времени на глупые метания, я собралась и как можно скорее покинула дом. На моё счастье, Бенни не было. Я пока не была готова с ним говорить. Мне нужны были доказательства или его вины, или моей паранойи, ведь сейчас я считала его засланным шпионом… А мы уже год работали вместе, он не раз поддерживал меня, да и дракона стулом приветствовал.
Проводник – хитрый интриган – мог бы открыть мне глаза сразу, но он играет в свою игру, где я – всего лишь пешка. Вот только пешка может стать самой сильной фигурой, а король – никогда.
Лавка травницы встретила меня тишиной и резким ароматом, в котором смешались сладко-горькие нотки.