Снова Берестов, черт его дери. Послать бы все к хренам собачьим.
Неоном горит лесной домик, что мы арендовали в какое-то лето.
— Слушаю. — сиплю в трубку, наконец, отрывая голову от руля.
— Марат, дорогой. — эти растянутые нотки спонсора уже поперек горла сидят: — Как там Кариночка?
Даже сквозь расстояние чувствую противную улыбку этого старого извращенца.
— Понятия не имею, работу ей дали, жилье тоже. — отвечаю и все таки завожу двигатель.
А внутри будто вакуум.
Воздух ни внутрь, ни наружу.
Робот с поломанным процессором.
— У тебя все в порядке? Заведенный какой-то.
— Лёнь… — цежу сквозь зубы.
— Ладно, ладно. Я бываю, конечно, доставучим, но не буду отвлекать. — считает, что это смешно: — Ты там как со своей женушкой разберешься, заезжай в гости, Карину позовем…
Откидываю голову на подголовник, пару раз пробивая его, и шумно выдыхаю, отключив звонок.
Разобрался уже. Так, что не осталось жены.
Усмешка с хрипом вырывается и я поджимаю губы, а в памяти тут же всплывает, как огрызалась, как считала меня тупым мажором, а когда, наконец, позволила себе, шептала, что каждый день хочет так. В руках, в объятиях.
А теперь глухая холодная стена, сквозь которую не пробиться.
Как Арине стукнуло семь, кажется, я ее потерял. Уже тогда. И несмотря на то, что она была моей бойкой сложной девочкой, я отчего-то считал, что она осознает, как мне порой не хватает ее.
Черт.
Оба ведь не понимаем, чего хотим.
Долбанный бизнес ее этот.
Рад, горжусь, но можно же как-то остановиться и посмотреть. Никто же не гонится сзади, а она будто погрязла. Она в тканях, а я в сотрудничестве, без которого бы и сам не вышел в другие регионы.
Нас будто в бетон закатало. И вроде как есть место, чтобы двигаться. А ты стоишь. Ждешь. Забвения, черт возьми.
Выруливаю, провожая взглядом здание. Надо почистить голову, надо просто принять тот факт, что она без разбора лишила меня самого желанного события.
Гоню под двести двадцать, чтобы не выйти и не сорваться. Хочется об землю биться и орать. Я стану отцом во второй раз. Только все это случится без меня.
Глава 20
— Ох, Лучано, — заливисто смеюсь в трубку: — Я так рада, что вы позвонили. Вы уже посмотрели мои эскизы? Кристина должна была вам прислать.