— Вы, как я понимаю, уже разведены… —выпрямляю осанку, не давая никакой реакции на слова: –Значится, Кариночка вполне может стать супругой Марата.
Он скалится, а я отчаянно пытаюсь не хрустеть зубами, вот еще секунда и меня отсюда уведут с частичками его кожи под ногтями.
— И тогда никаких проблем у Маратика не будет, — выдает он с победным выражением лица: — Понимаешь ли, дорогая, все просто, нет свадьбы - нет бизнеса, да и сомневаюсь, что Марат тогда останется.
С тупым смешком выдает, явно наслаждаясь собой и купаясь в чувстве собственной важности.
Прикрываю глаза, стараясь усмирить ярость, что клубится во мне еще с той стычки в больнице. Надо было так хорошенько отделать эту шавку, чтобы и тявкать перестала.
Сейчас мне надо сделать по-умному… Как бы сделал Марат?
Он не нервничал бы точно, он бы захотел узнать, понять, сложить пазл, он бы не действовал на эмоциях…
Шумно вздыхаю, и складываю одну ногу на другую, тоже делая вид, что расслабляюсь на этом чертовом стуле.
— И смысл в этом? Фиктивный брак с племянницей? — улыбаюсь фальшиво и наиграно, а глаза в этом время с особой жестокостью срывают с него кожу: — Разве ли дело Марата так хочется прибрать к рукам? — деланно иронизирую, пытаясь понять, где зарыта собака.
Он с пару секунд молчит, наблюдая за моими реакциями, но старый ублюдок, не увидишь ты ничего, детдом творит чудеса, когда тебе надо закрыться от мира.
— Нравишься мне ты, Дарина. К себе бы даже работать взял, — смеется: — Бизнес мне не сдался, да и мэр тут обмолвился, что мол слишком монопольным стал товарищ Исаков, надо бы остудить порыв… — врет ведь, точно врет: — Мне важно, чтобы Карина в руках хороших была, а как ни странно уж кто-кто, а твой бывший муж идеальная партия для моей девочки…
На последних словах хмурюсь, и даже голову чуть склоняю.
Нет…он же не сам с ней спит.
Фу, мерзость…
— Девочки? — изумляюсь, добавляя драмы на лицо.
— Ну скажем, был за мной один грешок по молодости, — глаза старика сужаются: — Карина моя дочь, и уж поверь, то, что ты с ней сделала, хоть и вызывает восхищение, с другой стороны, дорогая, будь аккуратнее.
Сижу, отчаянно скрывая шок.
Дочь…
Боже!
Тогда встает все на места, зачем он все это делал.
Интересно, Марат знает, господи…
Наверняка ведь пытался все это скрыть, чтобы я не переживала.
Сердце буквально рвется к мужу сейчас, просто сидеть и смотреть, наблюдать, в ожидании хотя бы малейшего намека на то, что он в сознании.