Под ногами снова была твердь, воздух не свистел в ушах и не давил, я выдохнула и открыла глаза.
И меня прошиб холодный пот. Не знаю, как мы оказались здесь, не понимаю, как лорд это сделал, но мы находились точно в центре старого деревенского кладбища! Черные камни и ритуальные крылатые изваяния над могилами нагоняли ужас, сухие деревья тянули к стылой земле скрюченные ветви и в бледном свете луны казались затаившимися умертвиями!
И сам лорд, с его черным плащом, развевающимся вокруг высокой фигуры, и поблескивающими в свете луны зелеными глазами, тоже выглядел порождением потустороннего мира.
"В голове вихрем пронеслось воспоминание о невероятно быстро зажившей ноге Кайроса, о бормочущих губах и нечеловечески скором перемещении лорда, и все стало на свои места. Колдун. Чернокнижник, притащивший меня ночью на кладбище для кровавой мессы.
Я молча попятилась.
Слева от меня облезшая стена склепа, справа – захоронение, слегка припорошенное снегом. Между ними узкая кривая тропка, уходящая в лес, за которым тускло светился Риверстейн.
И круто развернувшись, взметнув юбку, я не думая понеслась по этой кривой стежке, молясь, чтобы нога не оскользнулась на замерзшей глине. Мимо склепа я пронеслась как раненая косуля, всем своим нутром ощущая дыхание догоняющего меня охотника. То, что лорд именно охотник, преследующий добычу, сомнений не было, и единственная мысль, бьющаяся в моей голове, – это желание убежать, спрятаться, выжить…
Я мчалась через кладбище, уже не разбирая дороги и петляя как заяц.
Сумасшедшего лорда не видно. Отстал? Или спрятался, усыпляя мою бдительность?
Я вскочила, одернула перепачканное глиной платье. Платок где-то слетел, и мои волосы белели в темноте словно маяк.