- Мне казалось, что я сама ее сочинила, но сейчас я думаю, что она является частью чего-то более длинного. Я произнесла: «Ни словом, ни взглядом, ни поступком».
Он кивнул:
- Я читал одну с такими словами. Она старая и сильная. С помощью этой клятвы ты взываешь ко всем четырем Силам, чтобы они стали твоими свидетелями, и, если ты хоть раз нарушишь клятву, они могут подняться против тебя. Готова ли ты снова поклясться? Со мной?
От внезапности вопроса у нее перехватило дыхание. Но, гордая собой, она почти без тени промедления ответила:
- Да.
- Тогда понадобится кровь, - он встал и вынул из заднего кармана нож.
Кэсси удивилась было, а потом подумала, что удивляться нечему: каким бы милым парнем ни казался Адам, он бывал во всяких передрягах.
Без лишних слов он разрезал себе ладонь. Кровь казалась черной в полумраке серебристого света. Затем он протянул нож ей.
Кэсси втянула в себя воздух. Смелость не являлась ее сильной стороной, она ненавидела боль… Но она сжала зубы и приложила лезвие к ладони.
«Просто подумай о боли, которую ты могла бы причинить Диане», - утешила себя она и резким движением двинула нож вперед. Больно, но она не проронила ни звука.
Она посмотрела на Адама.
- Теперь повторяй за мной, - сказал он и поднял ладонь к звездному небу. - Огонь, Воздух, Земля, Вода.
- Огонь, Воздух, Земля, Вода…
- Внимайте и узрите…
- Внимайте и узрите, - несмотря на примитивность обращения, Кэсси почувствовала, что стихии проснулись и прислушиваются.
Ночь внезапно будто ожила от тысяч электрических разрядов, и звезды над головой, казалось, тоже включились и стали светить еще холоднее и ярче.
"Адам повернул руку ребром к земле, и черные капли упали на чахлую траву и холодный песок. Кэсси смотрела как завороженная.
- Я, Адам, клянусь никогда не нарушать доверия, не предавать Диану, - отчеканил он.
- Я, Кэсси, клянусь никогда не нарушать доверия… - прошептала она и посмотрела, как ее собственная кровь стекает по ладони.
- Ни словом, ни взглядом, ни поступком, ни в ясном рассудке, ни во сне, ни разговором, ни молчанием…
Она шепотом повторяла слова.
- …ни на этой земле, ни на любой другой. Если нарушу клятву, то пусть огонь сожжет меня, воздух задушит, земля поглотит, а вода покроет мою могилу.
Она повторила все в точности. Как только она произнесла последние слова «и вода покроет мою могилу», послышался едва уловимый треск, будто что-то зашевелилось.