— А, все равно пропадать! — сказал дипломат. — Буду вам помогать.
Насчет пропадать — это он ошибся. После войны, когда будет разбор полетов — кто на фашистов работал, он объявит, что всегда был антифашистом и, ненавидя гитлеризм, пошел на сотрудничество с советской разведкой, которое продолжалось и во время войны. Так что отделается он легко.
— Что надо подписать? — спросил словак.
— Да что за игрушки? Ничего подписывать не надо, — отмахнулся Ясный. — Завтра сюда принесешь код к посольскому шифру.
Этот код позволял расшифровывать все дипломатические сообщения, в том числе немецкого посольства.
Василий нервничал. Был вариант, что Крно побежит к руководству каяться. И тогда все усилия насмарку. Но словак в назначенное время позвонил в дверь. И извлек из кармана книжку, которая и являлась желанным дипломатическим кодом.
— Только работайте быстрее, — попросил он. — Не дай бог заметят ее отсутствие.
Ясный устроился на кухне, попивая с дипломатом чай, беседуя о жизни и мировой политике и прикидывая, как его лучше использовать.
Когда все закончилось, Ясный извлек из сапога девяносто долларов и протянул новому агенту. Сумма по тем временам была приличная, и Крно обрадовался неподдельно.
— Это только начало взаимовыгодного сотрудничества, — заверил начальник немецкого отделения.
И словак согласно закивал…
Глава 8
Медвежатники из НКВД
У Василия Ясного были свои вожделенные сокровища Флинта, которые он мечтал откопать.
Но Ясный никогда не был бесплодным мечтателем. Он имел обыкновение реализовывать свои устремления.
Однажды он, посоветовавшись с начальником отдела Федотовым, собрал наиболее доверенных сотрудников и объявил:"
"— Готовим проникновение в логово Баумбаха и Кестринга.
Через некоторое время план броска был готов.
В то время прогресс не стоял на месте, и первым его плодами пользовался НКВД. Уже появились радиомикрофоны. Была техническая служба, которая обещала, что эта техника, установленная в нужном месте, будет давать информацию. Но пока еще ни разу ее в деле не опробовали. А пора было бы.