Совсем как Катерина из Грозы. И крылом задела бутылку. Пока бутылка падала, пред внутренним моим взором пронеслась и попрощалась вся моя ненаглядная зарплата за последний год.
Как отец и гражданин я потребовал дождаться и понести наказание. Мы взялись за руки, но никто к нам не шёл. Долго ждали, секунды три. Тогда мы раскинули руки и скорей отсюда полетели — мимо конфетных, молочных и мыльных рядов, вдаль, через железную дорогу, домой.
В другой раз нам встретился манекен мужчины на роликах. Маша запрыгнула на него.
Благодаря этому случаю, я видел самую удивлённую в стране кассиршу.
Ну и самое остросюжетное — угон инвалидной коляски вместе с содержимым. Днём, из отдела туалетной бумаги. Тоже Маша. Инвалид приехал со своей женщиной-штурманом, но она была какая-то несобранная. А если ты нормальный человек, тебе конечно же хочется прокатиться.
Не знаю как у вас, а в нашей стране такое поведение называется «беззаботное детство».
42
У синьора Мальдини глаза пожилого бассета. И в перстнях золота больше, чем во всём бюджете какой-нибудь Молдавии. Возле его кровати, наверное, ведро стоит. Синьор Мальдини туда ссыпает украшения на ночь. Потому что спать с гирями на пальцах неудобно.
Нас предупредили: он — продюсер и театральный художник, а не тот, на кого похож. Такая версия всем понравилась. Никто теперь не боится, что это босс мафии.
Он лично подбирал мне костюм. Называл меня «сынок». Просил не называть синьором, просто Чезаре.
— В первом акте ты будешь в белой майке, сынок. В Неаполе летом очень жарко.
И посмотрел вдаль, за шкаф, где примерно Неаполь, Моника Белуччи, папа Бенедикт и прочие равиоли.
Я спросить хотел — а пистолет? — но понял по красным отвисшим векам, что пистолет мне ещё рано.