Несколько раз она плакала в подушку от усталости и злости на начальницу и ее придирок, но вспоминала слова Карины Васильевны о том, что после работы у Юлии Маленковой ее везде возьмут, сжимала зубы и продолжала работать. А еще слова Карины Васильевны "" Ты справишься, я в этом уверена"" засели в ее памяти и заставляли соответствовать. И, наконец, самое главное: Ульяне стыдно было возвращаться в родной город. Она для себя рассматривала это как побег. Хотя, почему только для себя? Это и был бы побег. Карина Васильевна бы не осудила, а вот подруги, Ева с Ларисой, точно позлорадствовали бы.
А на работе Юлия, уже как ни в чем не бывало, будто это и не она обзывала накануне обидно и несправедливо и не она грозилась вчера уволить, давала новые поручения. Поджимала губы, смотрела зло и ни разу ни за что не похвалила. Если Ульяна что-то не то или не так делала, то да, обидная ругань сыпалась легко.
А через три месяца Юлия изменилась. У нее появился мужчина, и, судя по присылаемым им цветам, богатый. Записки в букетах тоже всегда были, но Ульяна их не читала, искренне считая, что не имеет на это право. Личная жизнь начальницы ее, Ульяну, не касается.
Где она, рыжая толстушка, и где такие мужчины, способные купить букет в половину, а иногда и больше, чем вся ее зарплата? Вот Юлия Сергеевна – эта женщина, да, достойна. Стройная как статуэтка, одевалась так, что хоть сейчас, в любом костюме или платье, на обложку журнала. А еще она целеустремленная и цену себе знает. О! Судя по клиентам и оплатам за услуги, очень даже знает!
А букеты, к слову, Юлия никогда не забирала домой.
Несколько раз, когда Юлия была в суде с очередным делом, этот мужчина звонил. У Юлии был сделан перевод звонков как раз вот на такие случаи. От его голоса у Ульяны по всему телу бежали мурашки. Приятный бархатный голос мужчины завораживал. По голосу ей казалось, что мужчина чуть старше Юлии.