— А на ужин что? Арина?
— Картошка, — ответила, не задумываясь. — А что ещё есть завершенное? Почему ты так много картин бросаешь недописанными? Инчиро!
— Да кому они интересны? — он растерянно развел руками.
— Мне! Тебе! Разве это мало?
Убрав очередную раму, я снова натолкнулась на свое изображение. Смешной набросок, где я сижу в кресле вразвалочку и с важным, даже каким-то диктаторским видом, перебираю документы. Строгая белая блузка, черная юбка. Нога на ногу и мои любимые красные туфли. Такая вся из себя мадам! Куда бы деваться!"
"— Это шедевр! — Мой веселый смех прокатился по комнате.
— Ну не знаю, — Инчиро приподнял бровь. — Ты мне здесь кажешься невероятно красивой и недоступной.
Он подошел ко мне и мельком глянул на изображение.
— Это почему, — я задумчиво ещё раз всмотрелась в набросок.
— А потому что в эти моменты я стоял в дверном проеме своего кабинета и не сводил с тебя взгляда.
— Хм... Если ты её не завершишь — я смертельно обижусь, — встала в позу. — И вообще, такой талант нужно развивать…
— Арина, он не прокормит...
— Надо будет, сама тебя кормить буду, а ты рисуй, — заявила и, развернувшись, потащила эту картину к той первой.
Кажется, если здесь хорошо порыться — можно и на целую галерею накопать. На выставку!
— Нет. Всё же добывать золото буду я, а вот кормить картошкой, которая так пахнет, позволю тебе. Где мой ужин, женщина? Я голоден!
— На кухне, — пожав плечами, указала на дверь.
— Ясно, — Инчиро внезапно присел, обхватил меня за бедра, и я оказалась перекинутой через его плечо.
— Ты что делаешь? — испуганно взвизгнув, вцепилась в ткань его рубашки на спине. — Поставь на место!
— Обязательно, — меня с любовью погладили по заду.
— Ладно, неси, — смилостивилась я, за что получила шлепок. — Ай! Засмеявшись, Инчиро, наконец, покинул свою мастерскую.
***
Оказывается, это так приятно, когда кто-то с большим аппетитом ест то, что ты приготовила. Казалось бы, жареная картошка с яйцами, а столько удовольствия на лице моего демона.
Съев свою порцию, он покосился на разделочный стол.