— Ну да, тебе, наверное, приятней нежиться с двумя качками с большими херами…
— Че сказал⁈ — возле моей шеи возникла игла.
— Че слышал, — вилка кольнула того в пах. Чуть надавлю и все — детей больше у него не будет.
— Так, народ, если будем ругаться, то сдохнем. Давайте жить дружно, -вмешался Гордый, чувствуя, что еще немного, и мы просто поубиваем друг друга, не дождавшись главного боя.
— Держись от меня подальше, -прошипел Багрянин, убирая иглу.
— Меня мужики не привлекают, — я фыркнул, бросил на стол вилку, и все же отодвинулся.
— Так вот, к вопросу легализации…
— Забей, мы на праздник не пойдем. Не нужно нам светиться в вашем мире.
— Говори за себя. Я как раз таки собираюсь пойти и развлечься.
— Буй, говорю сразу, — он серьезно посмотрел на меня. — Будешь вести себя с моими так же, яйца отрежу и заставлю сожрать.
— А сможешь?
— Хочешь проверить? — алмазные нити резко сжались вокруг моей шеи и члена. — Стоит мне щелкнуть пальцами и херак…
— Не надо херак.
Не буду разочаровывать хозяина. Но пока его нити будут пилить мои щиты, которые я никогда не снимал, я ему сто раз успею яйца оторвать. Пусть думает, что нагнул Нагибина. Многие в это верили, да немногие после этого выжили.
— Отлично. Я тоже люблю пошутить. Поэтому пока оставлю нити на тебе. Чисто для профилактики нежелательных действий.
— Угрожаешь? — сощурились мои глаза. Рано раскрывать карты, но если надо, то могу и огорчить.
— Зачем бы мне это делать? А впрочем, — нити исчезли так же, как и появились, — соглашусь с Тимофеем.
— Так что же мы тут сидим⁈ Погнали, пока всех не разобрали!..
— Эти поживут тут недолго, — нас встретили ошарашенные взгляды баб, затянутых в черные одежды. Лица их были скрыты под какими-то тряпками — видимо, такие страшные, что не снимают их, чтобы народ не пугать.
После этого он взмыл в воздух и быстро скрылся в небе.