– Чт… – Я всхлипнула, мой оргазм нарастал, а голова пошла кругом.
Парень стоял, прислонившись спиной к каменной стене, со сложенными на груди руками, и апатично наблюдал за нами. С таким же выражением Кай вполне мог смотреть новости.
Я покачала головой и хотела сказать ему, чтобы убирался отсюда, однако снова застонала; каждая моя мышца напряглась, когда мое гребаное тело взорвалось оргазмом.
– О боже! – вскрикнула я, полностью отдавшись ощущениям, и сама потерлась лобком о язык Майкла. – Ох, черт!
Мой клитор мощно пульсировал, и я чувствовала собственную влагу между бедрами.
Запыхавшись, я пыталась отдышаться, в то время как импульсы наслаждения вспыхивали в животе и между ног, разливались по телу и медленно угасали.
В моей груди все содрогалось от отголосков оргазма. Рот Майкла сбавил темп, и теперь движения его языка были нежными и неторопливыми, потом он мягко поцеловал клитор и посмотрел на меня. Его губы изогнулись в ликующей улыбке.
– Она на вкус так же хороша, как и на вид? – послышался вопрос Кая; я резко вздернула голову вверх, вспомнив, что он наблюдал.
– Лучше, – спокойно ответил Майкл, глядя на меня так, словно он знал о присутствии друга с самого начала.
Я гневно посмотрела на Майкла, после чего оттолкнула его и опустила ногу. Подхватив свои плавки-бикини с пола, быстро их надела и направилась к выходу.
Вперед-назад, туда и обратно… Он бросал мне вызов, и я принимала его, всегда давала отпор. Но сейчас, воспользовавшись моментом, ему удалось застать меня врасплох.
А хуже всего то, что Кай тоже бросал мне вызов. Их игры изменились. Мой мозг работал быстро, но все же недостаточно быстро.
Я прошла мимо Кая. Он оглянулся, провожая меня взглядом.
– Убегай сколько хочешь, Маленький Монстр, – произнес Кай угрожающим тоном. – Мы быстрее.
Глава 12
Майкл
Наши дни
Я прикусил нижнюю губу. Каждый рецептор у меня во рту страстно жаждал вновь попробовать ее. Твою мать, она оказалась такой приятной на вкус.
Поднявшись, я проследил за тем, как Рика скрылась за водопадом. Кай обернулся ко мне.
– Ты ешь с общей тарелки, брат! – выпалил он, – и берешь больше своей справедливой доли.
Уголок моего рта приподнялся. Я подошел к нему.
– Знаешь, – сказал я более твердым тоном, – поводок, который ты пытаешься на меня надеть, становится все короче. День, когда я почувствую необходимость оправдываться перед тобой, будет последним в моей жизни.