Я не поблагодарил тогда, за сына. Ты это... Спасибо.
– Обниматься не будем. – кивнула я, поднимаясь с места. В помещение вошел какой-то парнишка, неся в руках бутылку и два глиняных стакана, но распивать напитки с Бароном у меня не было времени.
– Эй, Герцогиня! – окликнул меня главарь местной теневой гильдии, когда я была уже на пороге. Обернувшись, я вопросительно приподняла бровь. – Ты это... Если тебя из дворян турнут, милости просим в наши ряды, гы-гы-гы.
– Я настолько тщеславна, что вашему королю может не понравиться такая конкуренция.
Обратная дорога в памяти почти не отложилась. Вернувшись в крепость, я сразу потащила колдуна тренироваться, ища выход накопившейся злобе. Перед глазами вставали картины того, через что пришлось пройти моему секретарю, будто я сама все видела. Если бы это был кто-то другой, они посмели бы сотворить то же самое? Или все дело и правда в том, что я женщина? Восемнадцать лет – не возраст, что ли? Может, среди прочих леди так и есть, но кто в этом королевстве еще не слышал о расправе, которую я учинила над хеджистанским изменником четыре года назад? Они думают, что за это время я стала добрее?"
"Меня почти на части рвало от злости, поэтому на занятиях по темным энергиям я выкладывалась по полной.
В этот раз дни тянулись невозможно медленно. Занимаясь делами графства, я постоянно думала о предстоящем деле, сгорая от нетерпения. Менек – новый глава стражи – часто приходил с докладами по выполненной в крепости работе и просьбами посодействовать в том или ином вопросе.
После встречи с тысячником гильдии наемников, Бин передал их ответ. Альмалонцы прибудут в числе превышающем двести тысяч мечей под предводительством уже знакомого мне тысячника. Такие масштабные заказы им поступали нечасто, поэтому они были рады пойти ко мне на службу.