Смерть Геры означала конец войне. Победа!
Это событие совпало с днём рождения Сергея Коваля – одного из «перовских» парней. Торжество по этому двойному поводу устроили в кафе на «Тургеневской»[9]. На празднество съехалось много народа из различных группировок: «сильвестровские», «измайловские», «люберецкие», «мазуткинские», ну и, само собой, «перовские».
В разгар сабантуя, когда все уже были изрядно пьяны, Борода вдруг вспомнил, что поклялся перед гробом Тараса принести ему на могилу голову Геры.
Труп Геры всё ещё пребывал в морге местной Клязьминской больницы. Культик, я и кто-то ещё из ребят отправились туда за трофеем. Морг размещался в каком-то ветхом сарае на территории больницы. Без труда проникнув туда, мы отыскали труп Геры. Голову пилить не стали – решили, что это перебор и незачем привлекать лишнее внимание – и оттяпали у Геры ухо.
Ухо положили в банку со спиртом и на следующий день торжественно водрузили на могилу Тараса. Ты отомщён. Покойся с миром, друг!
Эта небольшая победоносная война значительно укрепила авторитет Бороды, Лучка, Лёни Петрика, Толи Роксмана, Антона Малевского и его друзей Павлика, Сидора, Еврея, «борцов» – Димы Надеева, Юры, Миши, и, конечно же, нас с Культиком в криминальном мире столицы как непосредственных участников событий, и ещё больше сблизила между собой «сильвестровскую», «измайловскую», «подольскую», «перовскую», «мазуткинскую», «люберецкую» группировки.
И, пожалуй, в тот момент мы с «измайловскими» составляли единый кулак.
Война, вернее, победа в войне, открыла для нас и экономические перспективы. Заметно вырос доход «борцов», а вместе с ним и наше с Культиком благосостояние.
Антон Малевский благодаря Толе Роксману близко сошёлся с Сергеем Лучком и у них наметился совместный бизнес.
Появились и другие деловые альянсы и планы.
Однако Бороду раздражало то, что некогда «его люди» вдруг стали самостоятельно определять, с кем им общаться и вести дела, не спрашивая на то у него дозволения.
До того, как началась история с Герой, Борода довольно плотно сидел на наркотиках. Героин, кокаин. Но как только пришлось «залечь на матрасы», с этой пагубной утехой он решил завязать и упивался в хлам, заливая ломку спиртным.
Надо отдать ему должное, с наркотой он справился – безусловно, сильный человек – но что творилось у него в голове после этих экстремальных практик, сказать трудно.