Если Рамзи разочарован – я-то обещала ему домашние сконы – он этого не показывает, запихивая в рот ещё два печенья. Мистер Мэш у нас под ногами обнюхивает пол в поисках упавших крошек.
Доктор Преториус говорит, не глядя на нас:
– Вы – клац-клац-клик – просто сидите тут – клик-клик-ХРЯСЬ – и через минутку я освобожусь – щёлк-щёлк-ХРЯСЬ-ХРЯСЬ – вот же проклятье! Нет, это я не вам. А, дьявол с этим: потом разберусь. – Она бьёт по клавиатуре в последний раз и поворачивается к нам на вращающемся кресле. – Это всё этот проклятый скорпион.
Мы с Рамзи киваем, будто понимаем всё, что она говорит.
Следует немного неловкая пауза, прежде чем доктор Преториус спрашивает:
– Так каково было в трёхмерной комнате в Диснейлэнде?
Она практически выплёвывает эти слова и опять поворачивается к клавиатуре, будто ей всё равно, что мы ответим, хоть это явно не так.
– Там было круто, – начинаю я, но потом решаю идти на попятную. – В смысле, круто – это, наверное, сильно сказано.
Меня выручает Рамзи.
– А вы знаете трёхмерную комнату? – спрашивает он доктора Преториус более непринуждённо.
– Знаю ли? Немного. – Она делает вид, что ей плевать.
Мы с Рамзи обмениваемся взглядами. По какой-то причине мне кажется, что она знает её больше, чем немного, но я не знаю почему.
– Я просто писала для неё код, вот и всё, – говорит она.
Внезапно доктор Преториус поднимается на ноги, и её голос становится громче, слова льются потоком:
– Помните песок, который вы трогали? Помните, как вы могли его почувствовать – хотя на его месте не было ничего? – Я киваю. – И скорпион – когда ты его пнула, твоя нога коснулась его, ага? Ты почувствовала это.
– Да? – медленно произносим мы оба. В смысле, я правда удивлялась этому, но эта была лишь маленькая толика всего удивления, которое я испытала за последние десять минут.
Доктор Преториус берёт велосипедный шлем, который был на мне, и переворачивает.