– Скорпион!
Один из людей – тип с камерой – говорит:
– Вау! Как реалистично! Смотри, Анна – он, наверное, на дистанционном управлении!
Норман говорит мне:
– Ты сумасшэдшая или что? Ты чего такое делаэшь? Ты только что бросить мои апэльсины на землю! Ты их соберёшь и оплатишь весь ущерб, ты, малэнькая…
Я не жду, что он скажет дальше, потому что скорпион бросается на меня с подрагивающим жалом наперевес, и я визжу, когда он приближается.
– Рамзи! Доктор Преториус!
– С кем ты разговариваэшь? И что это за трэклятый игрушечный лобстер? Откуда он взяться? Кто им управляет? – хрипит Норман, всё ещё держа меня за предплечья.
Но я не обращаю на него внимания, потому что скорпион жалит меня.
Я чувствую острую боль в бедре: его иглоподобное жало впивается в моё тело, я снова взвываю и слышу, как фотограф говорит:
– Фу-у! Что за мерзопакостная игрушка…
В наушнике слышится торопливый голос доктора Преториус:
– Подожди, Джорджи. Выхожу из программы. Выключаю через три… два… один.
Скорпион отступает, готовясь к новой атаке, когда всё погружается во тьму.
Кругом тишина.
Я падаю на колени в шарикоподшипниковой яме, поспешно нащупывая пальцами застёжку шлема. Я стаскиваю его со вспотевшей головы, и в то же время в павильоне загораются точечные светильники – меня окружают зелёно-чёрные стены, и я тяжело дышу, совершенно сбитая с толку, как бывает, когда просыпаешься после реалистичного сна.
Я слышу, как обитая звукопоглощающим материалом дверь за моей спиной открывается, и ко мне идут Рамзи и доктор Преториус – Рамзи поспешно шагает по шарикоподшипникам.
– Джорджи? – говорит он. – Как оно? Ты в норме?
Я не знаю, но думаю, что да. В смысле, скорпион же был ненастоящий, правда? Так что он не мог на самом деле меня ужалить.
Но потом я перевожу взгляд вниз и вижу, что на мою юбку из бедра просачивается пятнышко крови.
Глава 23"
"Доктор Преториус, Рамзи и я сидим в зале управления. Я большими глотками пью фанту из стакана. У меня болит голова, и я по-прежнему тяжело дышу.
Она качает головой.
– Это, а… это, мягко говоря, необычно. Насчёт яда, кстати, не беспокойся, но получить даже крошечную рану просто никак невозможно. Похоже, что… хм-м-м… – и она просто стоит, разглядывая мою ногу и потирая подбородок.