Вызываю лифт и, пока он медленно поднимается, выравниваю дыхание.
Ты все правильно сделала, Крис… Ты жертвуешь совестью ради отца. Правильно, так правильно… Другого варианта нет…
Уже на улице вызываю такси до больницы. Напяливаю белый грязноватый халат, бахилы и иду прямиком в кабинет врача. Подписываю какие-то бумаги, выслушивая в свой адрес благодарности, и только потом решаюсь показаться родителям. Врач вызывается меня сопроводить.
— У вас золото, а не дочка! — торопится он похвалить меня. — Пластиночку я заказал, операцию назначим в следующую среду.
— Кристиночка, дочка… Как тебе удалось? — всхлипывает мама, обнимая меня одной рукой — той, что не в гипсе.
— На работе взяла беспроцентную ссуду, мам. Там очень хороший начальник — добрый и понимающий.
— Спасибо, дочка. Вовек не забуду, — дрогнувшим голосом благодарит меня папа."
"Выдыхаю только на улице. Плотнее запахиваю на груди кардиган и топаю к автобусной остановке. Я оставила немного денег из «стипендии Эдварда Льюиса».
Может, есть время отказаться? Я найду деньги… Устроюсь в ресторан посудомойкой или… Черт, ну какую чушь я мелю? Ничего уже не исправить.
— Девушка, не дергайтесь. Я вас порежу. Какой цвет выбираете? — голос маникюрши вырывает меня из задумчивости.
— Ярко-красный, — бесцветно отвечаю я.
Красный лак, красное новое белье, чулки в сеточку, пресловутый плащ — образ содержанки для босса готов. Выпиваю бокал белого вина для храбрости и вызываю такси. Меня знатно потряхивает от предвкушения встречи. Голова кружится, ноги не слушаются… Я сегодня почти ничего не ела… Плевать.
Такси останавливается возле элитной новой высотки в центре города. Неудивительно, что Тиран Александрович живет там. Он просто не может жить в другом месте! Сноб, мажор, мерзавец… Ничтожество, изменяющее своей невесте. Ненавижу его… Как так можно?
Звоню в домофон и поднимаюсь на семнадцатый этаж. Пальцы дрожат, когда я взмахиваю ладонью, чтобы нажать на кнопку звонка.