Я даже войти туда боюсь, не то чтобы рот открыть…
Надо срочно успокоиться… Глубоко дышу и все-таки вхожу в залитый светом мраморный холл.
— Вам назначено? — дорогу преграждает сотрудник рецепции.
— Да, я на собеседование. Кристина Сомова.
— Поднимайтесь. Шестой этаж, сто шестой кабинет. Тимур Александрович и Всеволод Борисович будет через десять минут.
О боже, и тут есть какой-то Тимур… Поднимаюсь на шестой этаж, оказываясь в… раю. Здесь пахнет типографской краской и освежителем воздуха. А еще здесь яркие, брусничного цвета стены и блестящие светло-серые полы.
Бесшумно вхожу в нужный кабинет и сажусь на край стула. Расслабиться не получается. Отсчитываю секунды, пялясь на настенные часы, и, наконец, слышу голоса в коридоре.
— Здравствуйте, Кристина Андреевна, — произносит Всеволод Борисович — очевидно, тот самый старикашка, о котором говорила моя приятельница Лиля. Она-то и помогла мне с собеседованием.
— Здрав…
Пытаюсь хоть что-то из себя выдавить, но не могу — следом за Всеволодом в кабинет входит Тимур… Мой Тимур… Вернее, не мой, а тот, с кем я провела ночь.
— Доброе утро, — поправляю дужку дурацких очков, опуская взгляд.
— Может, водички? — иронично протягивает Тимур.
Хорош, зараза… На нем светло-голубая сорочка с закатанными до локтей рукавами, светло-синие брюки в тон. На запястье другие часы, не те, что были вчера. Скорее всего, он их часто меняет, как и девушек…
— Да, спасибо, — сиплю в ответ.
— Вы с отличием окончили факультет журналистики, три месяца стажировались в Лос-Анджелесе, работали… Хм… — Всеволод листает мое тощее резюме, ища строчку о стаже.
— Работала в областной новостной газете, немного в журнале о садоводстве и… Все это немного не мое, — отвечаю, стараясь не обращать на Тимура внимания.
Как это мужчина оказался здесь?!
— А что ваше? — вмешивается в беседу Тимур.
— Мода, дизайн, путешествия. Я могла бы вести колонку об отношениях, — чувствую, как щеки затапливает румянец. Дура… Ну какая же я идиотка! О каких еще отношениях?
— Отношениях? — весело переспрашивает Тимур.
— Нет.
— Тим, это к делу не относится, — отрезает Всеволод. — Хотя… Ассистентка была нужна тебе, так что можешь проводить допрос с пристрастием.
Всеволод кряхтит и неуклюже встает с места. Только не это, господи! Он собирается оставить нас наедине?!
— Извините, а разве не вы будете решать…
— Не я, деточка. Оставляю вас на поруки Тимура Александровича.