Драконица прищурила глаза необычного вишнёвого оттенка и оценивающе осмотрела меня с головы до пят.
— Ну и что ты сделала ради этого кольца? Всемилостивые боги, и вот на это он променял мою благосклонность? Вот же жалкий урод.
— Он не урод, — прорычала я, уже плохо сдерживая себя. — А вы дрянная невеста, раз для вас в женихе ключевое значение, как оказалось, имеет внешность, а не личные качества.
Занятное дело, оскорбления в свой адрес я всю жизнь переносила относительно спокойно, но стоило когда-либо кому-либо сказать плохо о тех, кто мне близок, как во мне просыпалось самое настоящее бешенство.
— Ах, да ты его трогала…
Глаза Саяки внезапно широко распахнулись, она посмотрела на меня так, будто ожидала увидеть пушистого безобидного кролика, а ей показали по меньшей мере змею.
— Что?
— Трогала! — воскликнула она повторно и так уверенно, будто на неё снизошло озарение. — И это я ещё дрянная невеста? Ха, ты на себя-то смотрела?! Чужого мужчину трогала, между прочим! Ещё скажи, что не ради денег.
Она начала хохотать так, словно услышала очень смешную шутку. А вот мне было совершенно не смешно. Конечно же, касалась я Рэя сугубо в профессиональном плане, стараясь сохранять дистанцию и быть предельно вежливой, но мысли-то я себе позволяла… и разные. И да, Рэйден привлёк меня как мужчина ещё в самый первый день, когда я его рассмотрела. Меня съедало чувство вины напополам с желанием удавить невестушку-тварь.
Словно издеваясь, Саяка потянула меня за рукав, вынуждая сделать пару шагов вбок. Через прямой коридор отсюда просматривался тот самый зал и котацу, за которым ели драконы. С нашего ракурса было хорошо видно, как Рэй безуспешно пытается забраться в коляску с пола, но стоит чуть больше опереться рукой на сиденье, как та предательски отъезжает назад, и у него ничего не получается.
Мужчина вспотел от попыток вернуться обратно в кресло, волосы облепили шею, на висках выступила испарина. У меня сжалось сердце: ещё утром он вложил всю магию, чтобы обогреть Харакун, и с трудом полусидел в кровати. Я даже представить не могла, каких сил ему стоило просто спуститься на ужин… А уж пересел на пол за котацу он точно исключительно из благородного воспитания и взбалмошного желания Саяки.