— Может этот паразит и мал, но он способен в одно мгновение лишить человека жизни, — спокойно пояснил Хуа Биньань. — Господа, если вы не хотите повторения трагедии, что в одночасье стерла Духовную школу Жуфэн с лица земли, то лучше оставайтесь на своих местах, не суетитесь, не создавайте проблем и послушно следуйте моим указаниям. Особенно это касается людей из Гуюэе.
Его взгляд упал на Цзян Си, а затем на группу заклинателей в сине-зеленых одеждах ордена целителей, что стояли у него за спиной. Слегка улыбнувшись, он произнес:
— Принимая во внимание, что все мы выходцы из одного ордена и должны блюсти его честь и репутацию, если вы не будете вмешиваться в мои дела, этот Хуа не будет создавать вам трудности.
— Хуа Биньань! — воскликнул бледный как смерть Цзян Си. — А ведь не зря говорят, что у волчонка — волчье сердце?
— «У волчонка — волчье сердце»? Помилуйте, не стоит так льстить мне, — после многозначительной паузы, словно что-то вспомнив, Хуа Биньань обратился прямо к Цзян Си.
— Больше десяти лет, что ты был частью ордена Гуюэе, никто и никогда не относился к тебе с пренебрежением, а ты, оказывается, все это время строил какие-то тайные планы! — не скрывая негодования, воскликнул Цзян Си.
— Конечно, я преследую свои цели, однако это не значит, что я обязан вас в них посвящать, господа!
Повернув голову, он посмотрел на Чу Ваньнина, затем перевел взгляд на стоящего между ними Мо Жаня, после чего снова повернул голову к толпе.
— Ладно! Итак, господа, сейчас вы не можете знать, в чьем теле есть паразит, а в чьем нет. Вероятность любого исхода пятьдесят на пятьдесят, и неверный выбор может стоить вам жизни. Думаю, если вы достаточно умны, то уже знаете, на чью сторону лучше встать.
В повисшей над платформой мертвой тишине из толпы вдруг раздался мягкий и чистый голос стоявшего рядом с Сюэ Мэном Ши Мэя:
— Личинка сердечного червя стремится к огню. Чтобы обнаружить ее, достаточно призвать огонь или активировать огненный амулет. Если после этого вы сможете рассмотреть под кожей выпуклость, вы заражены, а остальные в безопасности."
"— … — услышав его слова, божественный мастер Ханьлинь злобно прищурился.