Он зашел во все места, которые обычно посещал молодой господин… речная отмель, игорный дом, публичный дом, двор для петушиных боев… везде его высмеивали и гнали прочь.
Наконец, расспросив разных людей, он узнал, что после полудня молодой господин Нянь в компании шайки подхалимов и прочего сброда[261.2] отправился на мельницу за город. Говорили еще, что они несли большой холщовый мешок.
Мо Жань без колебаний тут же направился в указанном направлении.
Та мельница оказалась давно заброшена, вокруг нее было кладбище, и в обычный день тут редко можно было встретить людей.
Мо Жань поспешно затараторил:
— Молодой господин, приемная мать зовет тебя, чтобы поговорить…
Он не закончил фразу и осекся, заметив ужас, написанный на лицах всех этих юнцов.
Мо Жань на миг остолбенел. Годы издевательств развили в нем интуицию и бдительность, поэтому заметив, что красные глаза молодого господина Няня пристально смотрят на него, он содрогнулся от нехорошего предчувствия и, развернувшись, бросился бежать.
Молодой господин Нянь среагировал мгновенно и заорал во все горло:
— Ловите его!
Мо Жань не мог соперничать в силе и беге с этими детьми.
Кто-то тихо сказал:
— А-Нянь, что нам делать? Плохо дело.
— Бежать поздно, этот пацан нас видел.
— Может, и его тоже…
Мо Жань понятия не имел, о чем они говорили, однако при виде этих искаженных звериной жестокостью юных лиц у него появилась одна очень четкая ассоциация — «злые демоны»."
"Молодой господин Нянь опасно прищурился. Удивительно, но среди этих испуганных парней он был самым угрюмым и спокойным.
Поразмыслив немного, он сказал:
— Не будем его убивать.
Затрепетав от ужаса, Мо Жань испуганно вскинул голову.
Убивать?
Эти люди и раньше бранили и били его, но он никогда и подумать не мог, что когда-нибудь услышит от подростков четырнадцати-пятнадцати лет такое слово, как «убивать».
Он так растерялся, что даже не сразу отреагировал.
— Заприте его на мельнице, — распорядился молодой господин Нянь.