Хаджар обнажил клинок. Искры небесных молний посыпались из ножен в ту секунду, когда Синий Клинок покинул свое пристанище. Дракон, созданный из энергий и мистерий, свился вокруг Хаджара. Он ощерился острыми чешуйками, каждая из которых сияла молниями и мистериями меча и ветра.
От одной лишь этой защиты над степями поднялся шторм, вырвавший колышки тысяч палаток. Благо в них, с самого рассвета, никого не было. Солдаты и легионеры с обеих сторон собрались чтобы воочию запечатлеть битву, которой было суждено остаться в легендах и песнях на многие века.
Они хотели сказать своим детям и внукам.
“Я был в тот день в Ласканских степях. Я держал штандарт. Я видел, как Алый Мечник бился с Безумным Генералом. И один из них должен был умереть, чтобы мы могли жить и рассказывать вам эту легенду”.
— Откуда взялся этот мальчишка… — протянул Урнул, стоящий на борту взмывшего в небо судна Ярости Смертного Неба. — Эта защита… она ничем не уступает по силе Оруна.
— Как бы эта манипуляция волей не была сильна, удар Алого Мечника она не останов… — Змеиный Глаз не успел договорить.
Он, вместе с остальными одиннадцатью Великими Героями использовал свои волю и мистерии чтобы закрыть армии и легионы Дарнаса от простого эха, вызванного столкновением двух могущественных сил.
Исполинский клинок Алого Мечника сверкнул темной кровью. Багряный покров протянулся полотном на многие километры к небу и еще больше — в ширь.
Хаджар чувствовал в нем глубину мистерий сразу нескольких королевств.
Удар сразу семи объединенных в единое целое королевств пришелся прямо по лезвию Синего Клинка и дракону, свившему защитный кокон.
Сказать, что Хаджару показалось, будто на него упала летящая сквозь бескрайний космос звезда — не сказать ничего. На него не свалилось небо, не упала вселенная.
Нет, он лишь почувствовал холодные костлявые пальцы на своем горле.
Костяная старуха снова пришла по его душу.
— Еще рано! — взревел Хаджар.
Его меч вспыхнул небесными просторами. Раздался рев дракона, глубокий и пронзительный, будто правитель страны Драконов сошел с трона Рубинового Дворца и отправился на битву.
Этот рев срывал пласты земли весом в многие тонны и крошил их в мелкую пыль. Он заставлял воинов, наблюдавших за битвой, использовать свои лучшие защитные техники, лишь чтобы сохранить ритм своего сердца.