Мне были ненавистны все те люди, что отвлекали его внимание, целиком и полностью забирая себе все время Арне.
— Ты выглядишь ужасно, — в кабинет зашла Гросье и, поставив передо мной чашку с горячим чаем, выдернула из моих рук посуду с уже охладевшим напитком. Если не знать характер этой женщины, такой поступок можно было расценить, как грубость, но я понимала, что в данный момент Гросье выказывала заботу.
— Спасибо, но я всегда так выгляжу, — пробормотала я, поерзав на диване в безуспешной попытке сесть поудобнее.
— Нет, сегодня ты выглядишь особенно ужасно, — не согласилась со мной Гросье. Женщина села за свой стол и открыла ноутбук. — Такое впечатление, что ты размышляешь о том, как решить все глобальные проблемы мира. Или, тебя, Клоди, в коим-то веке, начала мучить совесть из-за того, что ты в последнее время даже не притронулась к кистям?
— Моя совесть меня не тревожит, — я безразлично пожала плечами и, наклонившись вперед, взяла в руки чашку, но, поскольку она была очень горячей, я тут же, с громким стуком, поставила ее обратно на стол.
— Этот человек — парень? — почему-то спросила Гросье, подняв на меня заинтересованный взгляд. Скрестив руки на груди, она сложила губы в одну тонкую линию и прищурила взгляд, теперь больше напоминая хитрого зверька вышедшего на охоту.
— Да.
— О, Боже, я ему уже соболезную, — Гросье фыркнула, откидываясь на спинку кресла.
— Это еще почему? — сдвинув брови на переносице, я кинула недовольный взгляд на женщину. Я просто хотела узнать то, как можно отвлечься и слова женщины мне жутко не понравились.
— Да потому что, ты в него влюбилась, — она наклонилась вперед, опираясь руками о край стола. — Но зная тебя, могу сказать, что мне действительно жаль этого парня, которому придется не сладко, если у вас начнутся отношения.