Комната небольшая, но уютная. Деревянные стены, ковер с узором, который видел, наверное, ещё советские времена, и лампа, тускло освещающая пространство. Одеяло сбито на пол, а я лежу в своей одежде и дрожу от холода. Ладно не голая и на том спасибо.
Мгновенный порыв паники сжимает грудь. Я поднимаю с пола одеяло и кутаюсь в него, чтобы согреться. Попутно пытаюсь собрать в кучу обрывки воспоминаний. Убийство Громова. Машина. Ночь. Этот странный мужчина... Марат. Да, точно. Марат. Полицейский. Кажется. Сердце колотится, а в висках пульсирует боль.
Поднимаюсь с кровати, но ноги подкашиваются. Всё вокруг чужое, как и чувство, что я здесь не должна быть. Или, наоборот, должна? Заворачиваюсь в одеяло, будто это спасет. Комната кажется безопасной, но каждый ее угол навевает тревогу. Где я? И как выбраться отсюда? Придется осмотреться и найти выход.
Осторожно выхожу из комнаты, прячась за углом, как будто за дверью может притаиться кто-то опасный.
— Выспалась? — его голос звучит низко, как раскат грома, от которого внутри все обрывается.
Я вздрагиваю от неожиданности и нервно сглатываю, поправляя одеяло.
— Вроде да, — мой голос предательски дрожит. — А где Марат?
— На работу дернули. Что-то у них там случилось, — буркает здоровяк, не поворачиваясь. — Тебя оставил мне.
Сердце ухает куда-то вниз. Оставил? Почему он ушел? Что, если это ловушка? Или хуже — я просто лишняя? Моя рука непроизвольно сжимает край одеяла. Они наверняка уже ищут меня. Эти люди.… они найдут. Что тогда? Что, если сейчас кто-то следит за домом? Я киваю, стараясь спрятать страх, но внутри все вибрирует от страха.
— Вы.... его друг? — едва слышно спрашиваю я и внимательно смотрю по сторонам.
Мужчина усмехается, все так же не поворачивая головы.
— Ага. Зови меня Медведь. Все так зовут.
Имя подходит. Огромный, суровый, но в его движениях есть что-то успокаивающее. Но это не убирает тревогу, которая растет внутри. Все равно кажется, что в любой момент что-то может произойти.
Непривычно без гаджета. Но свой я выкинула со страху.