Помыкавшись, кое-как окончила курсы и устроилась санитаркой в терапевтическое отделение областной больницы.
Мужчины попадались ей какие-то неудачные, а детей у неё не случилось. И к своим пятидесяти годам Татьяна Алексеевна подошла крепко обиженная на несправедливую судьбу.
Некоторым богатство падало буквально на голову – внезапно находились богатые и одинокие дальние родственники или прилетали условно ничьи деньги. Например, клад или потерянное каким-нибудь ротозеем портмоне, битком набитое казначейскими билетами.
Почему такое счастье другим, а не ей? Чем она хуже?
Но время шло, а Тане тотально не везло: ни двоюродного бездетного дяди-миллиардера, ни потерянного инкассаторами мешка денег, ни состоятельного мужа… Жизнь на вторую половину перевалила, а у неё по-прежнему ни-че-го!
И максимум, который перепал-таки ей на халяву – пять рублей в советских ещё деньгах, которые она обнаружила на полу в раздевалке.
Кто-то из персонала выронил.
«Что упало – то пропало! Я нашла, значит, моё!»
Так она и жила, жутко завидуя чужим покупкам, чужой жизни и мечтая, что рано или поздно на её улице перевернётся «КАМАЗ с печеньем».
И наконец ей свезло – противная соседка сверху, что вечно проходила мимо, задирая нос, едва не утонула!
Это Юльке божье наказание, не иначе!
Сначала мужик её бросил – и поделом! Потом с работы уволилась – сама или попросили, Татьяна не уточняла. Узнала она об этом просто – вредина поднималась по лестнице и говорила по телефону, обсуждала, когда сможет получить расчёт.
И вишенкой на торте Соломиной прилетела залитая водой чужая квартира, а следом и потеря памяти – наказание для заносчивой соседки и шанс на лучшую жизнь для самой Татьяны.
И ведь почти получилось!
Юлия смотрела на свою спасительницу едва ли не с благоговением. И верила всему, что та ей говорила.
Совесть Татьяну не мучила – эта явно тронулась умом и чтобы там врачи не говорили, уже понятно, что к нормальной жизни женщина не вернётся.
Те мигом приберут квартирку к рукам, а саму Юльку спровадят на тот свет.
Так что, можно сказать, она, Татьяна, сделала для соседки не одно доброе дело, а несколько! Это не считая спасённой жизни
Во-первых, опекала, по сути, постороннюю ей женщину.