"- Маша, прости меня...
- Вот так просто, да, Сулейман? Пришел, извинился, и Маша-дура всё простит? Даже насили... - не могу договорить, больно. До сих пор больно.
********
Он вернулся спустя три с половиной года тишины, чтобы вновь заявить о себе и выиграть чемпионат, чтобы свести меня с ума и перевернуть жизнь с ног на голову.
Сулейман Султанов.
Сильнейший боец, выдающийся спортсмен, а до кучи высокомерная наглая рожа и отменный кобель.
У меня есть причины его ненавидеть за то, что он со мной сделал, даже если он считает по-другому.
Глава 1
– Ииииииииии-таааак… Да-а-амы и господаааа! Встреча-а-айте, в красно-о-ом ууу-глуу ринга… трехкратный чемпио-о-оон…
Под убойный трек DMX мега заводной ведущий рвет глотку, объявляя нового участника, но я его почти не слышу. Вглядываюсь в парня, который уверенной походкой спускается на ринг по подсвеченному ярким лучом прожектора лестничному проему.
Его лицо скрыто под капюшоном короткого черного шелкового халата, и все, что попадает в видимость, это темно-красные спортивные шорты с белым логотипом и такого же цвета майка.
Взгляд невольно спускается к его ногам: длинным и мускулистым, с характерными выступающими венами на икрах. А затем вновь вспархивает вверх, фокусируясь на руках: упругих бицепсах и крепких кулаках.
Мужские руки – мой фетиш со времен увлечения студенческой качалкой, и сейчас я не могу перестать их разглядывать.
– …в весовой категории до восьмидесяти одного килограмма…
Вопли ведущего оглушают.
Вжимаю голову в плечи и прищуриваюсь, будто это поможет убавить громкость, закладывающую уши. Но в следующую минуту каменею.
– Сссулеймааан Султаааанов!
Твою мать!
Нет!
Дыхание перехватывает, а легкие начинают гореть от нехватки кислорода.
Этого не может быть! Только не он. Я же сама печатала списки участников. Никого похожего с такой поганой фамилией и именем рядом не стояло.
Ладно, на счет имени и фамилии перегибаю, не виноваты они, что достались мерзкому козлу… но сам факт.
Султанов пропал три с половиной года назад. Испарился.
И вот… снова тут?
«Какого хрена?» – хочется заорать во все горло.
Но вряд ли меня поймут.
Я сижу за угловым судейским столом рядом с «крутыми дядьками в пиджаках» и уверена, они не оценят мое выступление также высоко, как бойцов.
Опускаю руки на колени и сжимаю кулаки с такой силой, что дешевая пластиковая ручка прогибается и скрипит.