И рад, что мать моего сына имеет стержень, и не позволяет ездить на себе.
- Я кормила ее в детстве, а в старости осталась одна! - незваная гостья визгливо стоит на своем.
И хоть Петя на моей стороне, на меня вдруг накатывает лавина ледяных эмоций. По телу прокатывается дрожь. А дышать становится трудно, как будто в помещении жара. Мне делается так обидно и плохо. Сама не понимаю, почему никак не могу взять себя в руки. На каком-то инстинкте самосохранения выбегаю прочь.
Не помня себя, оказываюсь на улице. Уже темно.
Голова кружится. Так, надо бы собраться и войти внутрь. Никитку с Тёмой я, к слову, не вижу, может они вообще уехали? Зато перед глазами вырастает другая знакомая фигура.
- Кира? Почему ты здесь?
- Кхм… - хрипло прокашливаюсь. - Здравствуй, Матвей.
Тот самый красавчик-холостяк, родственник Волкова. Высокий, холеный, вкусно пахнущий. Хм, но какой-то слишком резкий у него парфюм.
- Петр позвал нашу семью, но мама приболела. Я не опоздал? Проект горит на работе, еле вырвался. Кир?
Насыщенный голос молодого мужчины окутывает ватой. А запах еще сильнее лезет в нос. Фу!
- Матвей… Мне как-то… плохо.
Я так и остаюсь в плотном коконе. Сильные руки не дают упасть, а голос вроде успокаивает. Дымка рассеивается только в прохладной казенной машине.
- Боже мой, где я?..
На пальце какая-то прищепка.
- Ты в скорой. Сейчас поедем на осмотр к врачу, - бодро докладывает Матвей.
Он возле меня, привалился спиной к стене газельки. Полненькая молодая фельдшер рдеет от смущения. А родственник Волкова как обычно невозмутим.
- А где Петя?..
Матвей слегка улыбается.
- Он скоро подъедет. На вашем мероприятии нужно было что-то разрулить. Не волнуйся. Твой сын с Артемом, а мы едем к моей знакомой, и Петр знает, куда. Скоро будем на месте.
Смолянин ободряюще смотрит на меня. А медичка решает вступить в разговор.
- Показаний для госпитализации нет, - она хлопает ресницами.
Матвей отмахивается.
- Там у меня свой терапевт. Она разберется.
Уверенность, исходящая от мужчины, успокаивает и меня. Скоро я чувствую себя гораздо лучше. В приемном покое с интересом смотрю на хорошенькую брюнетку-терапевта Инну Эдуардовну.
- Мэт, подожди в коридоре, - распоряжается она.
Но по тому, как с трудом она вдыхает, понятно, присутствие нашего родственника ее нехило волнует. А назвала она его странно. Как будто ником из интернета.