– И как?"
"– Раз он у нас настоящий «морской волк», значит, и крутить его будет тоже моряк. А знаешь ли ты, Вадик, где наш дорогой Венечка служил до того, как к нам в милицию попал?
– В Морфлоте! Где же еще? – ответил Богданов.
– Неужели Веня о своем морском прошлом уже похвастаться успел?
– Ничего он не успел! Просто у него якорь на предплечье наколот, а еще походка уж больно вальяжная – вразвалочку…
– Молодец, Вадик, наблюдательность в нашем деле очень важна! – похвалил Зверев и посмотрел на Костина. – Ну что, Венечка, догадываешься, почему этот Селиванов с нашим дорогим Вадиком общаться не пожелал?
– Потому что гусь свинье не товарищ! – недовольно бросил Костин.
– Это Селиванов, что ли, у нас гусь? Или ты себя имел в виду? Да нет, ты сейчас не на гуся, ты сейчас больше на надутого индюка похож! – продолжал подначивать парня Зверев. – Смотри, Вадик, как он злится из-за того, что я его Венечкой называю! Ну ничего, теперь у него будет возможность отличиться. Выпытает наш Венечка у этого морского волка все тайны, я его опять Вениамином называть стану.
– Как минимум год! – процедил Костин.
– Год, это ты, конечно, загнул. Хотя если ты из этого волчары что-нибудь по-настоящему дельное вытянешь, то будет тебе год!
– Заметано! Все, что помнит и не помнит, расскажет! Уж ты меня, Василич, знаешь.
Глава 3
Весь день Захар Селиванов изнывал от похмелья. Единственное, что ему хоть как-то помогло, это помидорный рассол, который ему поднесла соседка по лестничной площадке Глафира Сердюкова.
Обычно в таких случаях похмелье отступало, но сегодня к вечеру Захара затрясло сильнее обычного. Когда по радио стали передавать вечерние новости, Захар выпил остатки рассола и упал на кровать. В этот момент в дверь коротко позвонили. Захар матюгнулся и рявкнул, не вставая с кровати:
– Кого там еще несет?
Непрошеный визитер снова начал звонить и не отпускал кнопку, пока Захар не открыл дверь.
– Здорово, дядя! Тут такое дело…
Захар грубо перебил:
– Ты кто такой? Чего трезвонишь как очумелый, или здоровье лишнее?
Парень беззлобно рассмеялся.