– Ты можешь стать драконом-зверем? Превратиться в ящерицу?
– Я не ящерица! – прорычал Айзен, явно теряя терпение. – Но в целом да. Я могу изменить свое тело с помощью магии и принять облик дракона. Потому что я и есть дракон. Но в человеческом теле удобнее общаться и жить, оно занимает меньше места и меньше потребляет энергии.
– Тогда зачем тебе превращаться в дракона? Чтобы намекнуть девушке на интим? – я нервно хихикнула.
Он с видом великомученика хлопнул себя по лбу:
– Это еще и боевая форма! В своей истинной форме мы практически неуязвимы.
Я молчала, обдумывая его слова.
С одной стороны, он прав. Самый простой способ контролировать феникса, это усилить дракона. Но превратиться в огромную ящерицу? Бр-р-р! Такое страшно даже представить.
До этой минуты я была уверена, что дракон, о котором говорил Айзен, всего лишь отражение его внутренней сути. Я даже видела его мельком, как тень или дымку. Но никогда не думала, что это реальный зверь.
– А если ничего не получится? В этом мире я единственная полукровка.
– Таша, понимаю, что ты боишься. Но рано или поздно твой феникс вырвется наружу – и что тогда? Ты же с трудом с ним справляешься. Стать полноценным драконом – это твой единственный выход.
– А если откажусь?
– Если откажешься, то лучше попроси ректора заблокировать твою магию и покинь Академию, – произнес Айзен, глядя в мои глаза.
Я нервно сглотнула.
– Но я же ни в чем не виновата.
– Это будет уже неважно, поверь. Так что решай прямо сейчас, пока я добрый.
– Ты мне угрожаешь?
– Нет, но ты должна понимать всю серьезность своего положения.
Я молчала, лихорадочно обдумывая, стоит ли принимать помощь Айзена. Потому что не верила ему. Принц может влиять на мою драконью половину, заставлять ее делать вещи, которые в здравом уме я никогда не сделала бы. А моя вторая половина, мой феникс, сам рад подчиниться этому гаду.
– Так что ты решила? – подстегнул он, устав ждать ответ. – Чем раньше начнем, тем будет лучше.
– Ладно… Но сначала поговорю с Драмиэлем, – протянула я, все еще сомневаясь.
– Зачем? – нахмурился Айзен.
– Хочу узнать, что он думает по этому поводу. Если одобрит, то я соглашусь.
Айзен окончательно помрачнел. Похоже, в его планы не входило вмешивать ректора. Это одновременно и настораживало, и пугало.