– А мне обмывать нечего, – меланхолично заметила я, с трудом сдерживая улыбку.
– Значит, помянем! – гаркнул Войский, и наша слаженная компания понеслась к выходу.
* * *Ребята приготовили мне памятные сувениры и вручили их, перед тем как сесть за праздничный стол. Это было так трогательно и неожиданно, что я не смогла сдержать слёз. Хлюпала носом не таясь. Здесь же были все свои.
Неунывающая Тиана Савойская, дочь обнищавшего баронета, чьё имущество вот-вот должно было пойти с молотка, если она не выйдет замуж за страшнючего родственника.
– Такая же цепкая и острая, как твой язычок.
Балагур Георг Войский, единственный парень в нашей группе с сильным магическим даром, который обладателю был совершенно не интересен. После получения диплома Георг планировал заняться разведением боевых грифонов. Статуэтку грифона он мне и преподнёс со словами:
– На удачу.
Красивая, как фарфоровая куколка, Ария. Она бросилась очертя голову в омут иллюзий в надежде заглушить родовую магию прорицательниц. Ария подарила зеркальце с жутким в своей правдивости пожеланием:
– Чтобы всегда помнила, кто ты есть.
Вечно хмурый Икар, любивший создавать фантомных монстров, таких же жутких, как и его личные кошмары. Икар был дезертиром, и дар иллюзиониста оставался для него единственным шансом на новую жизнь. Парень подарил мне кинжал:
– Чтобы могла себя защитить.
Когда мне вручили последний дар, я уже всхлипывала в голос. Какие же они всё-таки хорошие!
– Видишь, правильные поминки по загубленному диплому намечаются, – оскалился в улыбке Георг. – А теперь прошу всех вкусить ритуальный обед!
Стол на двадцать персон нам накрыли в отдельном зале. Судя по выставленным на белоснежную скатерть яствам, трактирщик заранее знал, что мы нагрянем. Здесь был и запечённый целиком поросёнок, и три вида фаршированных перепёлок, и жареные колбаски, а от аромата свежайших пирогов у меня голова пошла кругом.
– Динара, ты чего? – Георг приобнял меня за плечи и легонько встряхнул. – Всё же получилось.
Да. Получилось. Вот только расставаться было очень грустно.
Внезапно одна из перепёлок покрылась перьями, встала на лапки и пропищала тоненьким голоском:
– Ребята, налетай!
Это был сигнал к последующему безобразию. Иллюзионисты всегда и везде превращали любое мероприятие в балаган.