Лиам проводит пальцем по татуировке на моей руке, в том самом месте, где была татуировка Лэнстона.
III
Эпилог
Лиам
Два года после пожара
«Приют Невер» возвышается в лучах утреннего солнца.
Он прекрасен, здесь есть все, чем был «Харлоу», и даже больше.
Серый кирпич контрастирует со свежевысаженными хризантемами и бархатцами вдоль подъездной дорожки. Некоторые из моих самых темных призраков живут здесь, думаю я, когда глубоко вдыхаю хрустящий аромат осени."
"Но некоторые из моих самых заветных моментов также родились здесь.
Уинн прижимается к моей груди, и я прижимаю ее к себе.
Джеймс привез нас сюда перед церемонией перерезания ленточки, чтобы мы могли еще раз постоять там, где все закончилось, перед новым началом. Я замечаю женщину среднего возраста, которая идет по тропинке к мемориалу с лунными цветами в руках, ностальгически прогуливаясь по территории.
Моника, я хотел бы думать. Но я не уверен, что когда-нибудь узнаю.
— Это идеально, — бормочет Уинн, вытирая слезы.
Она замолкает и сжимает челюсти.
— Он бы улыбался от уха до уха. Просил бы нас освежить подъездную дорожку гонками.
Я смеюсь и пытаюсь сдержать слезы.
Уинн смотрит на меня и улыбается, по ее лицу текут слезы, она такая же прекрасная, как и в тот день, когда я впервые увидел ее.
Осторожно кладу руку на ее живот, растущий от нашего ребенка. Ее рука встречается с моей.
Это то, чего я хочу до конца своей жизни.
Моя жена, которая любит меня, несмотря на темноту, злость и жестокость. Мой ребенок, который будет знать истории тех, кого уже нет. Тех, кто был до нее.
И я.
Я научился прощать себя. Научился любить себя.
— Remedium meum, — бормочу я, прижимая длинный, обожающий поцелуй ко лбу Уинн. — Давай позаботимся о том, чтобы оранжерея была заполнена цветами до того, как все приедут. Потом мы навестим Лэнстона и убедимся, что в этом году у него новая кепка.
Уинн вытирает последние слезы и улыбается, обещая принести цветы и навестить нашего дорогого друга.
— Давай принесем ему букет лещицы и пионов. А я все еще планирую танцевать на Осеннем фестивале сегодня вечером.
Она подмигивает мне.
— Я буду танцевать до смерти, если это ради тебя, Солнышко. Но к черту кукурузное поле.
Лэнстон Невер
Ткань наших душ тонкая и изношенная.
Мы должны быть добрыми и любить неустанно.
КОНЕЦ.
Notes
[←1]
(прим. пер.