"
"– А потом заботливо выбросил орудие убийства? Которое так же заботливо перед этим с собой прихватил на разговор? Как-то не вяжется с версией о помешательстве, правда? Нет, Андрюша, если убийца – Жильцов, то он это спланировал, и спланировал как минимум до того, как путевки в Бразилию заказал.
– Не клеится, – решительно отверг эту версию Андрей. – Он, конечно, мог знать, когда именно Полосин приедет сюда, тем более, ты сама сказала, что разговоры о встрече в письмах пошли всего с месяц назад, но путевки были куплены Жильцовым куда как раньше.
– Черт, верно. Но это все равно не отменяет того, что Жильцов убил Полосина. Некому больше. В нашем городе у Полосина, кроме Дарьи, нет никаких знакомых.
– А подруги Жильцовой, которые с ней в поездку эту ездили?
– Ой, это ерунда. Им-то зачем его смерть?
– А кто знает.
– Как никто из них не знает и о романе Дарьи с Полосиным, иначе они непременно бы нам об этом сказали, – подхватила Лена.
– Но мы-то теперь знаем, что это не так, и причиной всему роман Дарьи на стороне. О котором Жильцов каким-то образом узнал.
– Короче, теперь я вообще запуталась. – Она сжала пальцами виски. – И спать очень хочется. Давай завтра, а?
– Я тебе это сразу предлагал.
Она не решилась написать сообщение Никите, хотя очень хотела. Звук пришедшего так поздно сообщения может разбудить его и не вызвать ничего, кроме приступа раздражения. «Почему так? – думала Лена, лежа без сна в постели. – Почему он лишил наш роман даже этого – такого, казалось бы, элементарного проявления эмоций? Почему нельзя взять и написать какую-то милую чушь, не глядя на время, если вдруг чувствуешь в этом потребность? Да, мы не дети, но разве для проявления эмоций возраст важен? Да, я знала, какой он: сухой, себялюбивый, ценящий прежде всего свой комфорт… Но ведь невозможно не надеяться на то, что человек ради любви хоть немного изменится… Ради любви, да… А ведь он меня не любит, права Юлька.