Сначала я начал чертовски метко стрелять из пулемёта и снял нескольких негодяев. А затем мы подъехали вплотную и водители, остановив транспорт, поставили наши «Тигры» слегка боком, благодаря чему с безопасной стороны повылазили бойцы и вступили с противником бой. Морпехам и наёмникам всё это было крайне привычно, поэтому они начали моментально начали щёлкать полицейских как семечки. Действовали мои люди несколько дерзко за счёт того, что использовали машины, защищённые моей магией как невидимый щит, поэтому позволяли себе даже достаточно сильно высовываться из укрытий.
Бой продлился едва ли минуту. Я даже не применил боевую магию, продолжал шмалять из пулемёта заодно играя для врага роль цели, которую они пытались устранить, но у них ничего не получалось за счёт моей магии. Мы положили половину противников в рекордные сроки, из оставшихся в живых также перебили ещё половину. Тех вояк, что тут были, перебили в первые же секунды боя.
И вот оставшиеся полицейские побросали оружие и закричали:
— Хватит! Мы сдаёмся!
— На землю суки, мордой в асфальт! — Закричал один из морпехов, когда мы по отмашке Гены прекратили стрельбу.
Полицейские выполнили приказ и наёмники в нашей группе подошли к ним держа их на прицеле.
— Чисто! — Сказал Леон.
— Заканчивайте зачистку, — отдаю приказ.
Полицейские даже не успели дёрнуться, а наёмники короткими очередями перебили оставшихся. При этом морпехи даже не дёрнулись и не высказывали никаких особых эмоций.
— Отогнать этот хлам и освободить дорогу! — Начал отдавать приказы Романенко. — Занять позиции пока не свалим отсюда!
Бойцы тут же принялись выполнять приказы.
А вроде достаточно молодые парни. Вот какого хрена они в это ввязались? Неужели ни один из солдат тех частей, которые подняли бунт, не решился пойти против своих? И все они молча решили участвовать в бунте? Не может такого быть. Возможно, в эти части заранее послали тех, кто будет готов пойти на подобное или же солдат хорошенько обработали.