Остальные же разделятся на две части. Первая поступит на службу в армию империи. Без потерь ведь всё равно не обойдётся, мы все это понимаем. Мои люди смогут заменить хотя бы частично тех, кто погибнет и не дать армии нашей стране слишком ослабнуть после кризиса. Вторая же, в основном легионеры, возьмутся бдеть за переформированным Советом. Или же, к чему я начинаю больше склоняться, после уничтожения нами Совета Неназванных надо будет создать международную структуру, которую надо будет укрепить вооружёнными силами дабы было кому решать различные кризисы и проблемы в мире.
— Очень серьёзный подход к делу, — оценил мои слова Виктор. — Ты вот так всё расписал, что я задумался — почему же я сам до этого не додумался. Ты не только начал собирать армию, но и даже уже знаешь, что она будет делать после кризиса. Зотов, вот не умеют подростки в твоём возрасте думать столь широко и продумывать всё до мельчайших деталей.
Настал тот самый момент, когда мне начинают задавать очень непростые вопросы. Рано или поздно это случилось бы, тут ничего не поделать. И ведь даже толком ответить не могу. Я вон, даже Елене не собираюсь рассказывать всю правду о себе.
— У меня нет ответа на ваш вопрос, Государь, — отвечаю я. — А даже если бы был — вы хотели бы услышать его?
— Хотел бы, — чётко и уверенно ответил Виктор. — Это не тот случай, когда лучше не слышать ответа на заковыристый вопрос. Но так и быть, будем считать, что ответа на него действительно нет. Твоя идея с армией мне не по духу, однако я свыкнусь с этим. Только вот давай ты не будешь забирать из государственной армии ценных кадров.
— Да я так и сделал бы, вы мне сами подсунули целую роту морпехов, — улыбаюсь я. — Но назад не отдам, даже не просите, подарки обратно не возвращают.
— Смотря какие подарки, — император сам усмехнулся. — Теперь поговорим про твоё баронство. Формальности займут пару дней, официально объявлю о том, что дарую тебе потомственное дворянство и титул барона на моём выступлении насчёт всего этого бунта.