Хочется максимум удовольствия Крис доставить. И это тоже впервые.
– Филипп… – хнычет на грани слышимости.
И в этот момент мне хочется сорваться и довести ее до оргазма за пару секунд, но торможу, потому что хочу иначе.
Вынимаю из нее пальцы и, достав из тумбочки презерватив, быстро вскрываю упаковку и зачехляюсь. Затем ставлю Кристину на колени, фиксирую рукой плечи и шею и загоняю в нее по яйца.
Ни звука. Лишь резкий выдох и жадный вдох.
– Погнали.
Беру жестко и быстро, регулируя прогиб ее поясницы рукой.
– Фил… Фил… Фили-и-и-пп… – выдает дробно, и я себя полностью отпускаю.
Деру так, что, не выдержав, она падает на живот. То ли плачет, то ли стонет. Заведя руку назад, пытается то ли обнять меня, то ли оттолкнуть. И вдруг, к моему полному ахеру, начинает кончать второй раз.
И уж тут мы это делаем в унисон. Долго, ярко… до отключки сознания.
И удивительно, как снова не отрубаемся. Лежим минут десять в тишине, восстанавливая дыхание. Я сверху и все еще в ней. Крис, безропотно принимая всю тяжесть моего тела – подо мной.
– Ты пьешь таблетки? – спрашиваю, когда, наконец, обретаю способность говорить.
– Сейчас нет.
– Начнешь?..
Молчит и не двигается. Понимает, что вопрос с подковыркой. Я загоняю ее в ловушку и оказываю давление, а молчание воспринимаю как неповиновение.
Не о чем думать. Сдавайся, Крис.
– Зачем?
Зарываюсь носом в волосы, добираюсь до основания шеи и на эмоциях смыкаю зубы на нежной коже.
– Хочу без резинки.
– А я еще не решила, Филипп, – бормочет тихо, словно сама пугаясь собственных слов.
– Решила же…
– Нет.
Порыв подмять, наказать и клеймить сдерживаю только усилием воли.
Ладно. Пусть… Ей нужна иллюзия свободы выбора. Она уже решила и смирилась. Моя она.
– Твоей ванной можно воспользоваться? – спрашивает, выскальзывая из-под меня.
– Пользуйся.
Стыдливо прикрывая руками причинные места, порывистыми движениями собирает с пола свою одежду и выскакивает из комнаты. Я, превернувшись на спину, стягиваю презерватив, бросаю на пол у кровати и закидываю руки за голову."
"В теле непривычная легкость, в голове, несмотря на наши разногласия, пустота. Глаза снова слипаются, будто до этого неделю не спал.
На душе спокойно. Никуда не денется теперь.