Холл выкрашен в черный – даже потолок. Из-за этого проем кажется похожим на тоннель. За дверями нас тоже встречает охрана. В каморке за решеткой сидит за мониторами еще один. С безопасностью здесь все в порядке.
– Добрый вечер, Ярослав Николаевич, – здороваются с ним, по пропуску поняв, кто вошел.
Он замирает ненадолго перед зеркалом. Проводит пятерней по волосам, приглаживая их. Как заправский сердцеед смотрит на свое лицо так же оценивающе, как и на все вокруг.
Ладонь ложится мне на шею. Непривычно мягко и нежно, я вздрагиваю.
– Расслабься, девочка. Мы не будем похожи на пару, когда ты дрожишь, каждый раз, когда я тебя трогаю.
Ему легко говорить.
Я киваю, но вижу в зеркале свое бледное лицо. В его компании страшно, руки и вправду трясутся. Я больше не его боюсь, а проблем, но сейчас не объяснишь. Мы не подходим друг другу, но Яров с таким лицом притягивает меня к себе и окидывает нас взглядом, словно примеряет меня, как модный аксессуар. Подойду на роль девушки или нет?
– Идем, – он решает, что очень даже подойду, и ведет меня в зал.
Поежившись, я иду рядом, ощущая руку, небрежно положенную на талию.
Здесь приглушенный свет – не темно, как в увеселительных заведениях. Скорее, как на светском мероприятии. Музыка воркует тихо, томно, словно кто-то танцует медленный танец, хотя ничего такого я не вижу. Здесь даже стойки нет. Скорее, похоже на какие-то интеллектуальные посиделки.
Мы садимся за отдельно стоящий стол. Я вижу, что мы привлекли всеобщее внимание.
Я как следует рассмотрела его внешность только сейчас. Безусловно привлекательный мужчина. Породистый. Дорогой. Рядом с такими всегда классные девушки. Сейчас так вышло, что оказалась я – поэтому все вокруг смотрят на меня с удивлением. Даже окружающим и его знакомым ясно, что мы не пара, несмотря на макияж и остальное. Происхождение пальцем не сотрешь.
Хотя, если причесаться, накраситься, приодеться…
Отметаю эти мысли. Что ни делай, а порода в крови – это видно, чего ты стоишь и кем работаешь.
Яров – холеный мужчина, который привык к деньгам. К определенным брендам в гардеробе, элитным сортам парфюма и хорошим машинам.
Больше всего мне нравились даже не внешность, а глаза. Он не просто уверен в себе, а безмятежен.