Хотела было сказать, что я его не звала — мысленная связь возможна только в семьях, среди близких родственников. Но решила, что сейчас не время выяснять, ни как он меня услышал, ни откуда взялась магия на заклинание стазиса.
Куда больше меня заботила умирающая подруга. И наплевать, что принц Улайда увидит слезы, текущие по моему лицу!
— Лилли… — сказала братьям. — Ее отравили. — Уставилась на Риона, затем перевела взгляд на Видара. — Прошу вас, спасите ее!
Глава 7
— Я погрузила ее в стазис, — продолжала рассказывать, когда встревоженный до невозможности Видар Брант склонился над Лилли.
— Не знаю, — негромко отозвался принц. — Но он обязательно попытается. Каким образом в ее тело попал яд?
— Конфеты… Мне так жаль, что не удалось ее отговорить! И еще мне жаль, что я не ем сладкого, потому что… — снова всхлипнула, увидев, с какой нежностью Видар убрал с застывшего лица Лилли темный локон, после чего подхватил ее на руки, словно она и не весила ничего.
Быть может, ему удастся то, что не получилось у меня?
— Луна, моя драконица… Она бы почувствовала яд, и ничего бы не произошло!
— Керри! — принц дотронулся до моей руки, и на этот раз я не спешила ее убирать.
Ненадолго — я быстро пришла в себя.
— Вот!.. — потянулась к коробочке. Затем принялась собирать рассыпавшиеся по темному ковру шоколадные конфеты, и Рион стал мне помогать. — Она сказала, что их подарил твой брат.
— Нет, — отозвался Видар. — Это был не я.
— Но записка…
— Я ничего не писал.
Кивнула, пораженная страшной догадкой.
Выходило, покушения продолжились, и их новой жертвой стала Лилли. Похоже, причиной отравления было то, что Видар Брант издалека слишком уж похож на Риона.
Но говорить о своих подозрениях братьям не стала, решив, что это подождет.
— В этом есть и моя вина, — вместо этого покаялась Риону.