— Я тоже об этом думал, — сознался младший сержант Скворечня.
Немец в это время проснулся внизу и что-то замычал. Наверное, замерз и сильно боится насморка.
— А вот Магомед Магометов не стал думать, а сделал, — сказал я. — И потому я вас на время оставлю и пойду навстречу им. Они меня не видят, а я буду их видеть. В этом мое преимущество. Вы же следите за событиями впереди. Там уже бой разворачивается.
— Может, еще рано? Может, подпустим их ближе и у башни втроем встретим? — предложил Скворечня.
Я понимал его чувства.
— На это нам времени не отпущено. Скоро начнет светать. Потому и иду, пока еще темно, пока еще у меня такое значительное преимущество, как тепловизор в руках. Вы, если что, и пострелять можете, и по паре гранат послать.
* * *Хорошо, что я когда-то старательно изучал немецкий язык. Мне мама помогала. Она немецкий в школе преподавала, и я владеть им начал еще до того, как начал предполагать, что он мне хоть когда-то может пригодиться.
Я спустился на первый этаж и хотел уже выйти из башни, когда замычал Гюнтер Сомме. Я остановился.
— Что вы хотите, господин Сомме? — спросил я по-немецки.
— Что с эмиром Такыем?
— Убит, кажется.
— А кто стреляет?
— От вашей банды два человека остались. Но там другая банда подошла. Эмир Магомед Магометов, брат Бексолтана Магометова, которого Рифатов убил. Он сейчас этих двоих добьет.
— Магометов потом сюда придет.
— Рифатов тоже хотел сюда прийти. Мы не пустили. Не пустим и Магометова. Как себя чувствуешь, умирать еще не надумал?"
"— Хреново, — вдруг по-русски ответил господин Сомме. — Я покажу базу, только вызовите мне врача.
— Врача вызвать возможности не имею. А боль снять — это в моих силах. Скворечня!
— Я! — отозвался сверху младший сержант.
— У тебя промедол есть?
— Три шприц-тюбика в аптечке.
— Помоги господину Сомме. Ему очень плохо. Но он обещал базу показать.
— Понял, товарищ старший лейтенант.
Я вышел из башни…
* * *Как всегда, самая густая темнота наступает перед рассветом. Но темнота эта, уже пришедшая, смягчалась чистым снегом.