Глаза, которые опустились на его член, отчего тот дернулся в ответ.
— Иди сюда.
Она вздрогнула.
— Ты правда собираешься закрыть глаза на тот факт, что ты не мыслишь ясно? Потому что я не могу, Дейн. Один из нас должен прислушаться к голосу разума.
Но он к нему и прислушивался.
— Иди сюда, — повторил он.
— Не игнорируй меня. Это серьезно. Ты не должн вести себя так легкомысленно.
— Не собираюсь повторять тебе это снова, малышка. Последний шанс.
Она сжала руки в кулаки."
"— Ради всего святого, Дейн, послушай меня.
Он схватил ее за руки и притянул к себе.
— Почувствуй, как сильно я хочу тебя.
Сжимая ее волосы, он наклонил голову, держа их губы всего в сантиметре друг от друга. Его взгляд скользнул к ее нижней губе, которая сводила его с ума.
— Куда бы мы ни пошли, я ловлю взгляды мужчин, пялящихся на твои губы. И я знаю, что им интересно, каково это — впиться зубами в эту пухлую нижнюю губу — потому что мне хотелось сделать то же самое, когда я впервые увидел тебя. Такая мягкая и податливая, — он прикусил ее губу и легонько потянул.
Он трахал ее рот своим языком. Затем трахнул ее киску своим членом. Сделал каждый сантиметр ее тела своим.
Не успел утихнуть ее последний оргазм, как она заснула. Он улыбнулся и притянул ее ближе. Как правило, он не спал рядом с другими. Но ему хотелось делить постель с Виеной. Не потому, что они не спали в его спальне — его убежище, куда никто не входил, — а потому, что он доверял ей настолько, что мог полностью расслабиться рядом с ней.
Когда он проснулся на следующее утро, она все еще спала. Не желая беспокоить ее, он принял душ, оделся и ответил на несколько электронных писем, прежде чем вернуться в ее комнату. Кровать была пуста, и он услышал, как в ванной кто-то возится. Он повернулся к двери как раз в тот момент, когда она вышла, одетая в одно лишь белое полотенце.
Она остановилась, удивленная.
Да, он подозревал, что она может не понять это. С чего бы ей думать, что теперь все по-другому? Он бесчисленное количество раз ясно давал понять, что не хочет настоящей жены.