Мы оба
думали, что сегодня удачное время для нашего первого в некотором роде выхода в свет, как
пары, потому что это будет среди друзей Эйса и наших коллег. Но мы не учли нескончаемые
сплетни и шепотки от их партнеров и супругов, которые начались в ту секунду, как мы
покинули Рили и ее друзей.
Мда, в ту секунду, как мы оставили их и ступили на вечеринку, где стали
«развлечением». И если это заставляло нервничать меня, кто жил открыто и был горд
большую часть своей жизни, то я понятия не имел, что должно быть испытывал Эйс.
Пытаясь сохранять спокойствие хотя бы самому, и тем самым успокоить его, я сжал
свои пальцы вокруг него и стрельнул своей самой обаятельной улыбкой.
– Эй, они такие любопытные.
– Они охреневшие любопытные придурки, вот кто они, – сказал он, выражая ту же
мысль, что появилась у меня раньше. – Можно подумать, что они никогда раньше не видели
гей–пару.
Я слегка пожал плечами, понимая его досаду, но мне пришлось добить его еще
больше.
– Они никогда не видели тебя частью гей–пары. Ты серьезно считаешь, что они бы
смотрели так, если бы я вошел сюда, держась за руку с каким–то парнем?
Эйс нахмурил свои брови.
– Как насчет того, чтобы не проверять эту теорию?
Я усмехнулся, и Эйс шагнул ближе.
– Я и не говорил, что мы должны.
пялятся на нас.
Эйс вздохнул, и я потянулся, чтобы погладить его по щеке, но в последнюю секунду
остановил себя. Когда его взгляд вспыхнул и сместился на руку, которую я только что
опустил, он сказал:
– Даже на секунду не задумывайся, что ты не можешь сделать со мной то, что хочешь
прилюдно. Если ты хочешь прикоснуться ко мне, то ты, блять, прикасаешься ко мне. Именно
в этом причина нашего камин–аута, помнишь?
Ооох, мне это нравится.
Поэтому я поднял руку и провел пальцами вдоль его челюсти.
– Полагаю, что ты можешь оказаться прав. Но не думаю, что мне стоит делать все, что
я захочу…
Это заставило губы Эйса растянуться в ухмылке.
– Нет?
– К сожалению, нет. Не думаю, что это подходящее время или место для подобного.