Вы только что произнесли «на самом деле» с достаточной долей снисхождения и этакой вселенской усталости, столь характерной для подобных мужчин.
— Удобно жить в соответствии с принятыми стандартами.
— Но вы способны подражать только тону этих людей, но не их сущности!
Нед едва сдерживал смех.
— В самом деле? — тем же самым тоном произнес он.
Генри засмеялась.
— Замечательно, милорд. Но хотите услышать, почему вы никогда не станете настоящим распутником?
Он опустил локти на стол и даже подался вперед.
— Вы же видите, я умираю от любопытства.
"— Вы слишком милы и добропорядочны! — улыбаясь произнесла она.
Он снова откинулся на стул.
— Это комплимент?
— Конечно, комплимент.
Глаза Неда заблестели.
— Не могу выразить словами свое облегчение.
— Если откровенно, а вы, надеюсь, уже поняли, что я всегда откровенна…
— Конечно.
— Так вот, откровенно говоря, я только сейчас начинаю понимать, что малоприятные личности встречаются не так уж редко. Вчера вечером я познакомилась кое с кем из них, и теперь мне придется как-то выкручиваться, чтобы не принимать их сегодня, если они явятся с визитом.
— Уверен, их сердца будут разбиты. Она проигнорировала его замечание.
— Я собираюсь приложить все усилия, но постараюсь найти хорошего человека.
— В таком случае первым в этом списке буду я, не так ли? — Нед с удивлением поймал себя на мысли, что ничего не имел бы против.
Она как ни в чем не бывало продолжала пить чай.
— Мы не подходим друг другу.
— Это еще почему?
— Потому, милорд, что вы не сразу станете хорошим.
На этот раз Нед расхохотался. От всей души. Успокоившись, он сказал:
— А как же ваш Данфорд — его образ жизни хорошо известен, однако это не мешает ему быть хорошим человеком.
Лицо Генри стало каменным.
— Во-первых, он не «мой». А во-вторых, и это главное, он вовсе не хороший человек.
Нед выпрямился на стуле. Он не мог припомнить ни одной женщины, которой бы не нравился Данфорд.
Нед искоса посмотрел на Генри. Ему вдруг стало любопытно, удалось ли ей по-настоящему разозлить Данфорда. Он готов был поспорить, что удалось.
— Послушайте, Генри, что вы делаете сегодня днем?
— Наверное, мне следует быть дома, чтобы принимать визитеров.
— Чепуха.