Крестьяне, скинув шапки, согнулись в низких поклонах:
– Здрав будь, надежа-князь! Долгих лет тебе, княгиня Елена! Совет да любовь с молодым супругом. Долгие лета и детей поболее!
– Глянь, как моему возвращению радуются, – не без гордости шепнула мужу княгиня. – Все же я здесь законная хозяйка, а не Нифонтка, подлый прыщ!
– Конечно, ты, – ухмыльнувшись, не стал спорить Егор.
Его всегда удивляло, откуда в умнице Елене, расчетливой, хладнокровной и многоопытной, взялся это забавный «комплекс Золушки». Сам он, половину жизни проведя в шкуре частного предпринимателя, отлично знал, что простому люду глубоко наплевать на правила престолонаследия, законность власти правителя и хитрости его происхождения.
– Вот, княже. Недоимку с ловов по обычаю довезли, – добавил один из крестьян, отрастивший густую черную бороду, но при этом наживший уже немалую лысину.
– И вам всего хорошего, христиане, – кивнул Егор. – Шапки наденьте, простудитесь. Чай, не май месяц на улице.
Пройдя вдоль телег, он откинул рогожу на одной, на другой. Везде лежали навалом длинные черные туши насквозь промороженных усатых пучеглазых налимов.
– Молодцы, мужики, порадовали, – прикрыл рогожи обратно князь Заозерский. – Вижу, рыбаки вы умелые, дело свое лучше всех прочих знаете. К амбару дальнему катите, там выгружайте. Тиуну скажите, по чарке вина каждому я налить велел, дабы возвертаться веселее было.
– Благодарствуем, княже, – моментально повеселели крестьяне.
Вот так. Много ли нужно, чтобы любовь у человека заслужить? Доброе слово, да поощрение за старания. И плевать смердам, есть у него права на удел здешний, али без закона он дворец княжеский занял.
– Нехорошо, когда смерды при тебе в шапках бродят, – недовольно буркнула его красавица, стиснув локоть мужа. – Позорно сие.
– Так зима же, Леночка! – положил ладонь на ее руку Егор.