Вот ведь дура! Ну, есть у нее капитан, зачем к Марко вязаться? Менять старого на молодого, наверное, имело бы какой-то смысл, будь у этой девушки перспективы, а так… Кто она? Всего лишь служанка, рабыня – юный аристократ Гизольфи бросит ее точно так же, как и всех прочих своих пассий из простых. Бросит, и защищать не станет, просто не вспомнит. А вот капитан… капитан не простит!
– О, синьор Джегоро! Добрый день! Прошу, прошу!
– Бонджорно, Абдулла, – поздоровался с трактирщиком Егор. – Не, есть не буду – сыт.
– Стойте, стойте, синьор Джегоро! – видя, что князь хочет уйти, хозяин «Единорога» проворно подхватил его под руку. – Молодой Гизольфи сегодня у меня ненадолго. Вот как раз сейчас, к вечеру, и должен уйти – какие-то там у него дела. Ой! Совсем забыл: он же просил напомнить!
Хлопнув себя по лбу, Хромой Абдулла повернулся и принялся громко звать слугу:
– Винченцо, эй, Винченцо! Поднимись на второй этаж, стукни там… сам знаешь, кому.
Поклонившись, слуга рысью взлетел вверх по лестнице.
– Привет, Марко! – заметив спускавшегося вниз юношу, князь помахал рукой.
– Синьор Джегоро! Рад видеть! – юный аристократ галантно кивнул и, улыбнувшись, с сожалением развел руками. – Увы, не получится с вами посидеть – некогда, срочно дядюшка зовет.
– Случилось что-то?
– Нужно срочно скакать в наш старый замок, показать каким-то татарским вельможам.
Вожников почесал затылок:
– И что, вот прямо так, на ночь глядя, скакать?
– Ну, не на ночь глядя. Но надо ведь еще успеть собраться.
Обернувшись, юноша проводил быстрым взглядом выскользнувшую на улицу женскую фигуру, закутанную в длинный, с накинутым на голову капюшоном, плащ, напоминавший римскую пенулу. Лица Вожников не разглядел, но выбившуюся из-под капюшона рыжую прядь заметил.
"– Успеете еще собраться, друг мой! Неужели и стаканчик не опрокинем, а?
– Ну, разве что стаканчик! – молодой Гизольфи охотно сдался, особо-то и уговаривать не пришлось. Присел рядом, за стол, Хромой Абдулла лично принес высокий стакан тонкого венецианского стекла, налил из серебряного кувшина.
Друзья выпили, наслаждаясь вкусом.
– Ох уж этот Керим-Бердио, – неожиданно посетовал Марко.