– Переходи-ка ты по осени ко мне! С аркебузом ты управляться умеешь, людишками командовать – тоже. Дам тебя первый десяток, а потом – и всю сотню. Только в каре, строем, ходить-распоряжаться учись. Да, думаю, скоро всех учить будут, особенно – новеньких. Хороший строй, Егор, видел?
– Да как-то видал.
– В нем пеший запросто конному противостоять может. Со всех сторон – железо: латы, щиты. Пики выставлены на все четыре стороны, а за пикинерами, в середине – лучники, арбалетчики, аркебузиры.
В словах наемника послышалась гордость за свое дело, наверное, это было сейчас единственное, что у него оставалось, что хоть как-то держало его на этом свете: в бою Онфим проявлял хладнокровие и мудрую осторожность – зря не геройствовал и глупой смертушки не искал. Потому и уважали кондотьера из Тихвина, многие из солдат сочли бы за счастье попасть в его отряд.
– Спасибо за честь! – Вожников приложил руку к сердцу. – Обязательно воспользуюсь твоим приглашением.
Аркебузир сверкнул глазами:
– Мое слово – закон!
– Знаю, знаю, – поспешно успокоив собеседника, Егор снова повернул разговор… так, слегка.
Спросил, как бы между прочим, про капитана – мол, согласится ли на перевод, да и вообще, что он за человек? Говорят, с девкой какой-то живет почти открыто.
– Ну, это здесь великим грехом не считается, – расхохотался Онфим. – Многие так живут – и тебе тоже можно.
– Да, – князь согласно кивнул. – Значит, капитан свою служанку тоже купил.
– Купил, – аркебузир сдул с кружки пену. – Только не здесь, а в Карыме – гнусный такой городишко, татарский, без стен совсем. Так, случайно проходил мимо местного рынка, да заглянул посмотреть на живой товар. Вот Даная ему и приглянулась.
– Даная?
– Наложницу капитанскую так зовут.
Угу, угу… хмыкнул про себя Вожников. Знал бы ты! Знал бы капитан.
Хотя девчонку тоже понять можно – молодой, красивый и сексуальный вдруг подвернулся, глаз положил! Кстати, тоже чисто случайно – в «Единороге» встретились, капитан туда Данаю за вином послал – хорошее вино у Хромого Абдуллы частенько водилось.