Это все, что мне известно!
— А потом? — Натали сжала руки еще сильнее, уже чувствуя боль от того, что ногти впиваются в кожу. — Когда пройдет еще неделя? Что тогда?
— Я не знаю… — покачал головой Роланд. — Я ведь не поверил ему, сказать откровенно. Не хотел даже брать с собой лекарство… Надо было остаться, расспросить… А сейчас уже поздно.
Роланд кажется и сам только что осознал, как недальновидно и глупо поступил. Прошло несколько дней, профессор уже вернулся на Рамисс…"
"— Разреши мне тебе помочь.
Он тихонько потянул на себя ее руку, расстегнул и закатал манжет. Ната не сопротивлялась, хотя в душе происходило настоящее сражение — ей так хотелось вырваться и убежать… Но бежать было некуда, это она понимала. Да и от себя убежишь разве?
Укола она почти не почувствовала, но зато почти моментально ощутила, как ее отпускает иррациональная жгучая злость, бередившая душу, словно незажившая ноющая рана.
— Спасибо, — сказала она, прежде чем поняла, что говорит. И тут же прикусила язык: проживет и без ее благодарности.
Роланд уже заводил двигатель. Кайя взлетела, и через пару секунд влилась в плотный поток Инфериора, затерялась в нем, стала лишь еще одной пестрой точкой. Натали смотрела в окно и думала о том, что их не найдут и не поймают — они уже очень хорошо научились прятаться и убегать.
И ничего не приходило в голову, все вертелось вокруг этого вопроса. Дальше была темнота…
— Хочу показать тебе кое-что, — сказал Роланд после долгого молчания.
Он опять нацепил свою смешную оранжевую кепку, да еще с этим пластырем на щеке — смотрелся забавно словно подросток — переросток.
— А сколько тебе лет, Ройл? — вдруг спросила Ната.
— Двадцать семь, — ответил он, и на секунду повернувшись, посмотрел на девушку, хитро прищурившись. — Видишь, насколько старше.