Мне оставалось лишь нежится в безопасности, наблюдая, как ифриты застывают меловыми фигурками и рассыпаются со стеклянным звоном на сотни осколков.
Так красиво и так страшно.
Анвар поднялся в воздух следом за мной, похожий на пылающий факел, филигранно уходя от чудовищной белой вспышки, а после камнем бросился вниз, атакуя Хисса. Видящий сны метнулся подобно зайцу, выворачивая пламенем пласты земли и выставляя их щитами. Анвар бил их хвостом, словно в насмешку не желая тратить на противника магию.
И Хисс дрогнул.
Но практически сразу Анвара с земли атаковал подоспевший отряд ифритов. Эти действовали слаженно, умно, неспешно, чертя своей магией прямо на земле языческие руны, которыми их наделили боги.
Анвар чередовал огненный дождь с ледяными потоками, но богиня выпила половину его магии, а ифритов было слишком много. У многих оказались артефакты, защищающие от магии Фалаш.
Уже скоро земля оказалась усыпана телами ифритов и драконов, мертвыми кайранами и пылью разбитых артефактов."
"Я чувствовала себя зрителем, случайно шагнувшим из кинозала на экран. Все что я могла — парить в небе, глядя, как схлестываются в кровавой бойне смуглые орды ифритов с белокожими драконирами. Темная языческая магия билась против белого потока драконов, меч против пики, огонь против огня.
У Вороша оказалась обледеневшей половина лица, у Диана висела плетью правая рука, и ему уже не удавалось перекинуться в первородную форму. Лучше других держался Кастор. Кажется, его роду была доступна холодная магия этой земли, и магия Анвара хотя и не проявлялась в нем в полной мере, была ему все же доступна. Но и на него накинулись сразу четверо, и он медленно, но отступал.
Потихоньку расклад менялся не в нашу пользу. И стратегию битвы меняли перевертыши.
Магия Анвара лилась на землю ледяным дождем, а рядом лилась его кровь.
В груди шевельнулся страх. Я не могу потерять его снова.
Расправив крылья, ударилась всем телом о тонкую преграду щита, после дохнула огнем, потом, уяснив, что добром Анвар меня не выпустит, решилась на хитрость.