Могу только предположить, что Соломон сможет отдать не более трети состава охраны. Половину – это максимум, невероятная щедрость. Желательно бы предельно уменьшить и этот состав. Прямо на подходе. В дороге. Но это уже задача не моя, а лейтенанта Редкозуба. Я ему уже передал данные.
– Мы так и планировали вообще-то, – сознался Лесничий. – Что скажешь, Редкозуб? Есть конкретные предложения?
– Я работаю. Готовлюсь, – пообещал лейтенант, сидящий за своим импровизированным столом спиной к командиру, и при этом даже не обернулся.
– Груз тяжелый? – поинтересовался Иващенко, словно желал взвалить его на свои широкие мосластые плечи.
– Не столько тяжелый, сколько объемный. Два рюкзака, содержимое которых легко взрывается.
– Не кантовать! – сделал предупреждающий и весьма категоричный вывод Величко.
– Так что, командир, может у нас выгореть история со скоростной доставкой такого груза, как я со своими рюкзаками?
– Сейчас будем это решать, – пообещал Сергей Ильич.
– Возможно. Сделаю. Но тяжеловато получится.
– Пусть. Донесем. Иващенко, вскрывай ящики и приступай к сборке. Выбери себе помощников. Хорошо бы припахать Ивана Ивановича, но он уехал.
Еще перед приездом Стерха с начальником разведки Лесничий с Иващенко долго сидели над картой и что-то соображали.
Способ, который выбрали волкодавы для проникновения в глубину территории неприятеля, был смелым, может быть, даже излишне. По крайней мере, никто из них еще не принимал участия в таких операциях. Более того, опыт работы с аэрошютом они имели всего недельный, когда проходили обучение на базе ЧВК под Москвой.
Здесь можно пояснить, что аэрошют – это разновидность паралета, который, в свою очередь, является моторизованным вариантом параплана. Аэрошют отличается солидной площадью крыла, не пригодного для совершения просто прыжков-полетов, и более мощным двигателем. При этом управлять аэрошютом проще, чем паралетом.
Подготовку прошли все, кроме опоздавшего Величко.