— Она же умерла, — растерялась я.
— Нет! Её наняла на работу горничной проезжающая госпожа, и забрала с собой в Аман. Я с бабулей остался, но она умерла и меня был вынужден забрать к себе дядя. Он не поверил насчёт матери, сказал, что она гулящая и сбежала от нас и лучше будет для всех сказать, что она тоже умерла. Нечего его позорить. А меня отродьем называет и лишним ртом. Я с ним не останусь! Я сам тогда в Аман пойду, предательница… — прокричал он, глотая слёзы.
Начинающуюся истерику прекратило появление новых лиц.
— Твой знакомый? — спросил у меня лаэр Дагар, заметив мою реакцию на прибывших.
— Это управляющий приютом.
— Не похоже, что он приехал пожелать тебе хорошего пути. Ты точно ничего не натворила?
— Забыла попрощаться с ним, когда схватила свои бумаги и отказалась подписывать брачный договор непонятно с кем, который он пытался мне подсунуть.
— Тебе же только шестнадцать. Раньше восемнадцати это незаконно!
Он словно с луны свалился! Здесь в деревнях девочек уже в пятнадцать сговаривают. У старосты делают запись о помолвке, празднуют это событие и невеста переходит жить к жениху. А когда ей исполняется восемнадцать, оформляют брак официально уже без всякой помпезности. Иногда к этому времени невеста имеет уже не по одному ребёнку. Да даже у того же Деба дочь в семнадцать родила! Может, в столице и строго придерживаются правил, а в нашем захолустье на подобные нарушения власти смотрят сквозь пальцы.
Конечно, ничего этого говорить дракону я не стала, ограничившись:
— Я сирота, и он посчитал себя вправе выступить как мой опекун.
— Ты поэтому неслась сломя голову? Сбежала от него?
— Да как-то не хочется в моём возрасте ещё замуж. У меня другие планы на жизнь.
Мы тихо переговаривались, пока Гратье тяжела выбирался из двуколки и семенил к нам. Но чем ближе приближался, тем заметнее замедлялся его шаг.
Странно, я раньше слышала о давящей на людей ауре драконов, но находясь рядом с лаэром — одним из высших представителей этой расы, хоть и ощущала исходящую от него мощь, но чувствовала себя словно под защитой.
Остановившись в шагах пяти, Гратье подобострастно поклонился, произнеся:
— Уважаемый лаэр, я — Гратье, управляющий сиротским приютом. Вы позволите мне поговорить с моей подопечной? У нас остались с ней незавершённые дела.