Тяжелые снаряды реактивных минометов начали распахивать поле и березняк, где горели танки и где зачищала последние окопы Восьмой роты немецкая пехота в тот самый момент, когда Воронцов вскочил на ноги и поднял над головой «парабеллум». Основной удар пришелся на поворот дороги и участок проселка, который прикрывала батарея ПТО. Немцев там, кроме санитарных команд и ремонтников, которые к тому времени подогнали тягачи и начали вытаскивать на дорогу подбитую технику, пригодную для восстановления, не было.
Тут будет реклама 1
Однако залп «катюш» так придавил к земле немцев, атаковавших остатки первого взвода, что прорвавшиеся без единого выстрела миновали участок, отделявший их от леса, который еще минуту назад простреливался плотным пулеметным огнем. Следующий залп «катюш» смешал с землей и снежной пылью пункт первой медицинской помощи немцев и тылы. В черных разрывах и серой снежной пыли, перемешанной с кордитовой копотью, потонул дорожный поворот и все, что было вокруг дороги.
Воронцов бежал, перепрыгивая через тела убитых и раненых, через обрывки одежды и мерзлые глыбы вырванной наружу земли.
Тут будет реклама 2
Откуда-то справа, из дымящейся глубокой воронки, вынырнул старший сержант Численко, что-то крикнул, но не Воронцову, а кому-то еще, и побежал рядом.
– Ротный, справа! – снова услышал Воронцов его голос и следом длинную автоматную очередь.
Там, параллельным маршрутом, продвигалась небольшая группа немецких пехотинцев. Воронцов увидел, как упали двое из них, срезанные очередью старшего сержанта.
Тут будет реклама 3
Уходить левее было уже поздно. Попытайся они уклониться в сторону, немцы тут же опомняться и откроют огонь, и тогда мелкий березняк прорывающихся не спасет. И Воронцов повернул прямо на них.
Немцев было не больше шести-семи человек. Двое из них тут же остановились, развернулись и выставили вперед винтовки, решив встретить их на штыки. Воронцов вскинул «парабеллум» и сделал по два выстрела из каждого. Один немец, уронив в снег карабин, начал заваливаться вправо.
Тут будет реклама 4
Второй сделал несколько шагов вперед, навстречу Воронцову, но его тут же сбоку прикладом в висок, сбил Численко. Воронцов выстрелил в мелькающие впереди спины. Они были совсем рядом, шагах в десяти-двенадцати. Он стрелял сразу из двух пистолетов, как учил его когда-то Владимир Максимович. Немцы, видя, что прорывающихся слишком много и им их не остановить, распались по березняку. Двое упали. Их тут же добили прикладами и ножами.
