— Покажи ее, какая она у тебя? — просили они Володьку и однажды увидели Аленку.
— Красивая, слов нет! Но… Прислушайся к ее голосу. Моя мама — музыкант, она часто говорит,
что характер человека — в его голосе. И я убеждалась — права! Проследи сам. За каждым из нас. Далеко ходить не надо за доказательствами. А потом прислушайся к ней. Но не как к любимой. Постарайся со стороны понаблюдать, услышать. Мне кажется, она тебя не стоит, — предупредила Зинка, староста курса, умнющая, вдумчивая девушка, с которой у всех ребят были очень добрые отношения.
С Володькой они стали друзьями с самого первого дня занятий.
— Я не против красивых. В Аленку влюбиться можно. Но нельзя терять головы. Мне кажется, пустоватая девчонка. И примитивна, как мышь в хорошей маске. Не обижайся, но присмотрись к ней повнимательнее…
— А что по голосу услышала?
— Скандальная она. Слышишь, как громко разговаривает? А голос? визгливый, слабый.
— Зинуля! Если ты так же будешь присматриваться к ребятам, никогда не выйдешь замуж, — рассмеялся тогда Володька, не очень поверив девушке.
— За ошибки потом дорого расплачиваются. Иногда они жизней стоят, — сказала девушка по-взрослому.
Парень запамятовал о предупреждении Зины и продолжал встречаться с Аленкой. Он уже по-настоящему привязался к ней, и каждая минута разлуки казалась ему вечностью. Вернувшись к занятиям в городе, они встречались каждый день по вечерам. Ходили в кино, в парки.
Здесь, на одинокой скамейке, он признался ей в любви… Она ничего не ответила, видно, не решилась или помешал девичий стыд и природная скромность.
В своем институте у Аленки было много поклонников. Деревенские парни не раз грозили Володьке наломать бока, свернуть шею, требовали, чтобы отстал от Аленки, не ухаживал за нею.
Володька однажды еле вырвался из рук подвыпившей своры. Но, придя на следующий день со своими однокурсниками, разогнал деревенских ребят, пригрозив выпереть из города всех до единого. Без дипломов, с позором до конца жизни.
Эти стычки с переменным успехом продолжались до конца весны, до самых каникул, пока не пришло время разъехаться по домам на лето.