– Я люблю тебя! – разглядываю фотку в телефоне и, закрыв глаза, собираюсь еще поспать.
«Все будет хорошо», – повторяю как мантру. Начинаю читать молитвы и сама не замечаю, как проваливаюсь все в тот же кошмар.
Я снова оказываюсь в темном лабиринте, бегу к выходу и не нахожу его. Зову Тимура, а он не откликается. И просыпаюсь в холодном поту.
Даже голова кружится, когда иду в ванную. Поэтому и утренний токсикоз я воспринимаю совершенно спокойно. Словно, кто-то свыше решительно откинул прочь мои страхи, заставляя сосредоточиться на земном.
Будь рядом Тимур, было бы легче! Но пусть лучше так, чем его женитьба на Лейле. Все годы на меня давил этот ужасающий факт. Как можно заставить человека вступить в брак против воли? Каково это – выбрать сыну невесту, руководствуясь сиюминутными интересами?
Дичь дичайшая!
Вернувшись в постель, снова заглядываю в жужжащий сотовый.
А вдруг Тимур?!
Но это не спится моей младшей сестре.
– Какая же ты тут красивая, Люба! – присылает мне Миланка кучу фотографий.
– Вчера был твой день, систер! И ты была обалденная! – отправляю ответный комплимент и, просматривая снимки, выискиваю на них Тимура.
Мой любимый в синем костюме от Бриони и белой рубашке выглядит впечатляюще. Черные волосы, зачесанные назад, и бокал в руке придают величественно-скучающий вид.
Так бы и съела этого засранца!
– Я люблю тебя, – шепчу, прижимаясь губами к экрану телефона. Глупость, конечно, несусветная! Но мне так легче пережить разлуку.
Тараторю про токсикоз, фотки со свадьбы и бриллиантовое паве, камни к которому я начну собирать сегодня.
Голос любимого действует успокаивающе. Млею от каждого слова.
Улыбаюсь сквозь слезы и, попрощавшись до вечера, вспоминаю наш старый разговор.
– Носи с собой включенную трубку, – просит меня Тимур перед дальней командировкой. – Напевай что-нибудь или болтай с подружками. А я буду слушать. Скучаю по тебе, Люб.
– Я разорюсь на связи.
– Я оплачу, – фыркает он.
– Тогда разоришься ты, – смеюсь я.
На работу я выдвигаюсь пораньше. Нет никакой радости одной валяться в постели.
«Буду перебирать камешки, глядишь, день пролетит незаметно, – думаю я, надевая серый льняной сарафан и закручивая волосы в строгую дульку.
А сев в «любимку», ставлю телефон на подставку. Только вместо навигатора включаю старенькую видюшку, где мы с Манучаровым поем песню Окуджавы.